Книга Интересы короны, страница 144 – Юлия Арниева

— Леди Сандерс, — вдруг произнесла леди Уилкс, со стуком опустив фарфоровую чашку на блюдце, — я хочу видеть, как это делается. Прямо там, в Саутуорке.

От неожиданности я едва удержалась от того, чтобы не обнять её прямо при всех. Это была победа.

— Мы можем поехать туда прямо сейчас, — ответила я.

— Сейчас? — леди Каупер растерянно перевела взгляд на свои часы-луковицу. — Но уже смеркается!

— Именно сейчас. Моё заведение в Саутуорке работает до позднего вечера.

Леди Уилкс уже решительно поднималась, шурша юбками. Леди Мельбурн допила свой чай и тоже встала — не торопясь, с величественным видом человека, который принял забавный вызов и не намерен отступать. Графиня Уэстморленд поднялась следом. Юная племянница леди Каупер умоляюще уставилась на тетушку.

— Боже мой, это полное безумие, — пробормотала та, однако потянулась за своей накидкой. — Ехать за реку в такое время…

Сборы вышли суматошными, но скорыми. Собрать десять дам в бархатных и атласных платьях, подбитых мехом плащах и громоздких шляпах с перьями — задача для целой армии слуг. Миссис Грант и Джейн едва успевали подавать верхнюю одежду, пока у крыльца один за другим выстраивались три экипажа. Размещение требовало строгой иерархии. В первую, самую просторную и дорогую карету, запряженную четверкой, поднялась графиня Уэстморленд, пригласив за собой меня, леди Уилкс и Екатерину Воронцову. Одно это соседство, замеченное остальными дамами, рассаживавшимися по двум другим экипажам, возносило мой статус на недосягаемую высоту.

Когда дверцы захлопнулись и кучера прикрикнули на лошадей, колеса застучали по булыжникам Мейфэра. Ноябрьский Лондон за окнами кареты стремительно тонул в промозглой темноте. Редкие масляные фонари горели через один, едва пробивая наползающий с Темзы туман. По мере того, как мы двигались к югу, перебираясь через мост, парадные кварталы сменялись тесными рабочими предместьями. Улицы становились уже, дома грязнее и приземистее, а воздух за окнами кареты густел с каждой милей.

Внутри нашего экипажа было тесно от мехов, а молчание, нарушаемое лишь скрипом колес, оставалось напряженным и чутким. Дамы всматривались в проплывающие мимо грязные переулки так, словно совершали экспедицию на край света.

Наконец кареты, чавкая грязью, одна за другой вкатились в распахнутые ворота солодовни. Дик, соскочив с козел, распахнул дверцу и подставил мне руку.

Дамы выходили из экипажей во двор по-разному. Леди Каупер испуганно подбирая юбки. Племянница её, напротив, выказывала откровенное, почти детское любопытство, беспрестанно вертя головой во все стороны. Леди Мельбурн ступила на сырую брусчатку уверенно и пошла прямо, не меняя привычного неторопливого шага, будто бывала в этих трущобах каждую неделю. Графиня Уэстморленд сохраняла ту же ледяную, царственную невозмутимость, с какой обычно принимала просителей в своем поместье.

Екатерина Воронцова вошла в ворота последней. Она задержалась у самого входа, медленно оглядывая темный двор и кирпичные стены. В её взгляде не было ни брезгливости изнеженной аристократки, ни напускного, жеманного восторга — она просто смотрела, подмечала и запоминала.

Внутри цехов работа шла своим чередом. Под высокими сводами, при тусклом, колеблющемся свете масляных ламп, Колинз и его помощники возились у печей; у длинных разделочных столов приглушенно покрикивал Барнс. У ящиков с готовой продукцией Мэри отдавала распоряжения двоим рабочим — говорила она коротко, по-деловому, и рослые мужчины лишь покорно кивали, отправляясь выполнять приказ. Чуть поодаль, в отгороженной невысокой деревянной стойкой конторке, склонилась над открытым гроссбухом миссис Хэнкок, её гусиное перо двигалось быстро и уверенно.