Книга Невеста-попаданка для двух драконов, страница 99 – Мила Дуглас

Он обнял её крепче и закрыл глаза. Завтра будет новый день, новые проблемы, новые битвы. Но это было уже не страшно. Потому что первые сто дней показали главное: даже если трон шатается, даже если протокол летит к чертям, у них есть эта точка опоры — друг в друге. И это, пожалуй, было самой прочной основой для правления из всех возможных.

Спустя сто дней правления Лия сделала для себя важное открытие: быть королевой — это не только диадема, приемы и право отменять дурацкие ритуалы. Это в основном бумаги. Горы, курганы, целые хребты пергамента. Отчеты, петиции, донесения, налоговые ведомости. Они лежали повсюду: на огромном дубовом столе в кабинете Дэриана, на подоконниках, на резных сундуках и даже начали осваивать каминную полку, грозя вот-вот воспламениться от одной неосторожной искры.

Именно за этим занятием — попыткой одолеть кипу отчетов о сборе ячменя в южных долинах — их и застала новая напасть. Более коварная, чем дворцовые интриги, и более странная, чем требования герцогини Эльфриды о введении отдельного налога на полосатых единорогов.

Сначала тревожные вести приходили поодиночке, как редкие капли перед ливнем.

«Ваше величество, в поместье Аштон родник, что питал деревню триста лет, за неделю ушел в землю. Колодцы опустели», — писал бледный от страха управляющий, прислав в дополнение к свитку образец сухой, потрескавшейся глины.

«Урожай яблок в садах Хартмура не завязался. Цветы осыпались, словно их опалило невидимым морозом», — доносила трепещущим почерком местная баронесса, известная своими яблочными пирогами и склонностью к драматизму. Но на этот раз драмы, увы, хватало.

«Магические кристаллы в нашем хранилище потускнели. Заряд держится не дольше часа», — сухо констатировал главный артефактор, человек, обычно излучающий спокойствие гранита. В приписке стояло: «Атмосферная концентрация магии падает. Причины неизвестны».

Дэриан встречал каждое такое донесение сначала скептическим хмурым взглядом, затем — с растущим раздражением. Он, привыкший к четким проблемам — вторжению, заговору, поломке крепостной стены, — терялся перед этой тихой, ползучей напастью.

— Это, наверное, просто засуха, — говорил он в первую неделю, откладывая очередное письмо о засохшем ручье поверх отчета о состоянии кавалерии. — Или паникерство. Или совпадение.

— Три «просто» в трех разных концах страны? — возражала Лия, раскладывая злополучные свитки на карте, как игральные карты. Они образовывали зловещее кольцо вокруг столицы. — Это похоже на симптомы одной болезни. Только пациент — всё королевство.

Она, в отличие от него, не имела представления о том, как должно работать магическое хозяйство драконьих земель. Но у неё было другое: опыт жизни в мире, где если в доме одновременно гаснет свет, ломается Wi-Fi и перестаёт течь вода, проблема явно не в отдельных розетках. Проблема системная.

Старейшины, приглашённые на тайный совет, только качали седыми головами и бормотали о гневе земли. О том, что магические линии, жилы мира, по которым текла сила, ослабели или разгневаны. Говорили туманно, с опаской, будто боялись назвать вещи своими именами.

— Гнев земли, — передразнил их Дэриан позже, когда они остались одни. Он нервно прохаживался по кабинету, его тень, отбрасываемая дрожащим пламенем свечи, металась по стенам, увешанным картами. — Отлично. Земля гневается. А что мы ей сделали? Недостаточно почтительно поклонились? Не вовремя рассадили капусту? Нужно издать указ об усилении почтения к почве, что ли?