Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 68 – Диана Фурсова

Кайран кашлянул, пряча выражение лица. Дарен у ворот отвернулся слишком резко. Марина, несмотря на страх перед рассветом, вдруг почувствовала, как напряжение на миг отпускает.

Дом первого огня ещё стоял на пепле.

Но в нём уже снова смеялись.

Поздним вечером двор наконец стих. Люди разошлись не все. Часть осталась во флигеле, часть — у обгоревшего дома под присмотром стражи. Крыши пока не было, зато над уцелевшей частью натянули плотные полотна, закрыли пролом временными щитами и перенесли всё ценное в каменную комнату флигеля.

Марина сидела у маленького очага, держа на руках младенца-наследника.

Тот не спал. Смотрел на неё тёмными глазами и сжимал её палец с таким упрямством, будто именно он поддерживал её на ногах.

— Завтра тебе снова придётся спорить со взрослыми, — тихо сказала она. — Прости. Я бы хотела, чтобы у тебя было обычное утро. Ткань, тепло, сонный плач, чьи-то руки рядом. Без залов, Советов и огня, который все считают своим судьёй.

Младенец дёрнул кулачком.

— Согласна. Тоже считаю, что они слишком шумные.

У двери стояла Грета. Марина заметила её не сразу.

— Миледи.

— Что-то нашли?

Старуха подошла ближе. В руках у неё была тонкая дощечка, уцелевшая после пожара.

— Не всё. Но достаточно, чтобы понять: родовое пламя не просто отвечает на метку. Оно отвечает на того, кто подносит ребёнка.

Марина напряглась.

— То есть если Вартис или Мирена возьмут его…

— Ответ может исказиться. Не потому, что ребёнок виноват. Потому что пламя увидит не только знак, но и намерение рук.

Вот она.

Ловушка стала окончательно ясной.

Марина посмотрела на младенца. Чёрная вязь на его плече была скрыта тканью, но ей казалось, что она чувствует её тепло.

— Значит, они не случайно хотят убрать меня и Кайрана.

— Да, — сказала Грета. — Им нужны руки, которым пламя ответит тьмой.

За окном ударил ночной ветер.

Марина медленно подняла голову.

— А если мы это скажем?

— Вартис потребует доказательств. Дощечка обгорела, часть строки утрачена. Он скажет, что я домысливаю.

— Значит, завтра нельзя позволить им выбрать руки.

Грета кивнула.

— Именно.

В комнату вошёл Кайран.

Он посмотрел на Мариныно лицо, потом на дощечку в руках Греты.

— Плохие новости?

— Нет, — сказала Марина. — Наконец-то честные.

Кайран подошёл ближе.

— Говорите.

Марина осторожно поднялась, всё ещё держа ребёнка.

— Испытание ловушка. Если наследника возьмёт человек с тёмным намерением, родовое пламя может показать не его метку, а чужую тень. И тогда Вартис получит то, что ему нужно: все увидят тьму и решат, что виноват ребёнок.

Кайран медленно перевёл взгляд на младенца.

— Кто должен держать его?

Марина ответила не сразу.

Она уже знала.

И именно поэтому ей стало страшно.

Не за себя. За то, что этот шаг снова сделает её мишенью. За то, что Вартис будет рад обвинить её. За то, что Мирена назовёт это захватом власти. За то, что люди, пришедшие с досками, завтра могут увидеть её у родового пламени и решить: да, она всё-таки встала между ребёнком и родом.

Но если она отступит, ребёнка возьмут чужие руки.

Марина посмотрела на Кайрана.

— Тот, кого знак уже выбрал.

Он понял.

Серые глаза потемнели.

— Вас.

— Дом первого огня. Меня. Нас. Не знаю, как правильно для ваших законов. Но если завтра я не возьму его сама, они возьмут его за меня.