Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 65 – Диана Фурсова

— Нет. Я уверена только в том, что толпа состоит из людей, если смотреть ближе.

— Люди переменчивы.

— Тогда вам не о чем беспокоиться. Подождите, пока они переменятся.

Мирена медленно перевела взгляд на флигель.

— Где наследник?

Марина сразу напряглась.

— В тёплой комнате.

— Я пришла не за ним.

— Как неожиданно.

— Я пришла сообщить решение, принятое частью полного круга.

Кайран шагнул вперёд.

— Полный круг ещё не собран.

— Но подготовка к испытанию началась. Старший хранитель Вартис просил передать: младенец должен быть внесён в родовой зал на рассвете. До испытания ему нельзя давать имя, нельзя объявлять опекуна и нельзя переносить к первому огню или к тем, кого знак уже мог коснуться.

Марина почувствовала, как холод пробежал по спине.

— К тем, кого знак уже мог коснуться, — повторила она. — То есть ко мне.

Мирена посмотрела на неё почти с жалостью.

— Никто не обвиняет вас прямо, леди Элиара. Но после вчерашнего света и ночного пожара осторожность необходима. Если метка истинная, родовое пламя признает её. Если тёмная — ребёнок будет лишён права на имя до решения Совета.

Тила вышла на крыльцо флигеля с младенцем на руках.

Она, видимо, услышала последнюю фразу. Лицо её стало белым.

Младенец не плакал. Только хмурился, сердито сжимая ткань.

— Лишён права на имя? — сказала Марина тихо.

— Временная мера, — ответила Мирена. — Чтобы род не нарёк беду своим наследником.

— Он уже ребёнок Сайры.

— Кровь ещё не имя.

— А страх — не закон.

Мирена чуть подняла подбородок.

— Закон определит родовое пламя.

— Кто будет держать ребёнка во время испытания?

— Тот, кого назначит круг.

— Вартис?

— Возможно. Или я, как будущая представительница родового союза.

Кайран резко сказал:

— Нет.

Мирена повернулась к нему.

— Мой князь, ваше личное участие может повлиять на знак. Как и участие леди Элиары. Совет хочет чистого ответа.

— Совет хочет ребёнка без защиты, — сказала Марина.

Мирена посмотрела на неё уже без улыбки.

— Совет хочет доказать, что дом Вэллоров не находится под властью женщины, появившейся из пепла старого приюта и объявившей себя сердцем народа.

Во дворе стало тихо.

Вот оно.

Не «околдовала князя». Не «опасная метка». Не «порядок». Мирена сказала вслух то, что жгло её сильнее всего.

Народ.

Марина не хотела этого слова. Не просила. Не стремилась. Она просто открыла дверь. Просто держала младенца. Просто сказала людям, что завтра они начнут заново. Но для Мирены это уже стало угрозой, потому что красота, родовая линия и поддержка Совета вдруг оказались слабее обгоревшей женщины в чужой шали.

— Я ничего не объявляла, — сказала Марина.

— Тем хуже. Вас объявили без вашего труда.

Нэра фыркнула так громко, что несколько человек обернулись.

— Без труда? Да она двое суток не спит, людей из огня выводит, стены поднимает, а вы пришли белыми тряпочками махать и говорите — без труда?

— Нэра, — тихо сказала Марина.

— Нет, миледи, я молчала, когда вас в тот флигель отправили, и до сих пор себе этого не прощу. Второй раз не выйдет.

Мирена окинула Нэру взглядом, каким обычно смотрят на пятно на скатерти.

— Слуги в Доме первого огня слишком много говорят.

— Потому что здесь их слышат, — ответила Марина.

В этот момент люди во дворе стали ближе друг к другу. Никто не сделал громкого шага, но Марина почувствовала: они не разойдутся. Не сейчас.