Книга Когда молчат гетеры, страница 193 – Алексей Небоходов

Терняев поднялся, одёрнул китель. В зеркале у двери мелькнуло отражение — осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами, трёхдневная щетина. Он взял портфель и шагнул к двери.

Кабинет председателя КГБ поражал размерами. Высокие потолки с лепниной, массивный письменный стол у окна, длинный стол для совещаний, знамёна в углу, портреты вождей — всё дышало властью. Серов сидел за столом, просматривая документы. Не поднимая головы, указал Терняеву на стул.

— Слушаю вас, майор. Что за дело такой срочности?

Терняев сел, положив портфель на колени.

— Товарищ председатель, прошу санкционировать проведение операции по задержанию последней свидетельницы по делу о серии убийств участниц группы «Гетера».

Серов поднял голову. Взгляд тяжёлый, пронизывающий.

— Продолжайте, — бросил он, откладывая бумаги.

— За последние две недели убиты пять участниц операции «Гетера», — Терняев говорил чётко, без эмоций. — Последнюю, Алину Морозову, добили в Склифосовском после того, как она пришла в сознание. Использовался спецпрепарат КГБ. Единственная оставшаяся в живых — Ольга Литарина. По моим данным, она скрывается у тётки в посёлке Мамонтовка.

Терняев раскрыл портфель, достал папку, положил на стол перед Серовым. Тот не притронулся к ней.

— У меня есть доказательства, что операция «Гетера» была создана для сбора компромата на высокопоставленных лиц, — продолжил Терняев. — И что заказчиком ликвидации свидетельниц является кто-то из окружения председателя Совета министров Маленкова.

Серов медленно откинулся на спинку кресла. Лицо оставалось непроницаемым.

— Вы понимаете, товарищ майор, — произнёс Серов, — что обвиняете в причастности к убийствам первое лицо государства?

— Я следую за фактами, товарищ председатель, — ответил Терняев, выдерживая взгляд. — Вот доказательства связи убитых девушек с дачей Кривошеина в Валентиновке, где регулярно бывали приближённые Маленкова. Вот отчёты агентурной сети о перемещениях этих лиц в посёлок Мамонтовка, где проживает Клавдия Литарина — тётка последней выжившей свидетельницы. По нашим данным, Клавдия связана с окружением Маленкова через какие-то оккультные практики.

Серов слегка приподнял бровь. Протянул руку, взял папку, пролистал документы. Пальцы чуть дольше задержались на фотографиях погибших девушек.

— Оккультные практики? — спросил он, закрывая папку. — Какие-то бабки-знахарки и заговоры на власть? Звучит как белиберда, недостойная внимания органов.

— Я тоже так думал поначалу, — возразил Терняев. — Но высокопоставленные чиновники из окружения Маленкова регулярно посещали эту знахарку. А через неделю — пленум ЦК.

Серов барабанил пальцами по папке. Потом резко поднял глаза.

— Вы понимаете, майор, что после этого разговора у вас два пути, — произнёс он. — Либо вы раскроете заговор в высших эшелонах власти и станете героем, либо окажетесь в лагере где-нибудь в Магадане с клеймом клеветника.

Терняев кивнул:

— Понимаю. Но я уверен в своих выводах.

— А если за всем этим стоит не Маленков? — продолжил Серов, наклоняясь вперёд. — Если кто-то специально подбрасывает вам эту информацию, чтобы скомпрометировать председателя Совмина перед пленумом? Вы готовы стать инструментом в чужой политической игре?

— Именно поэтому мне нужно найти Литарину, — ответил Терняев. — Она единственная, кто может подтвердить или опровергнуть эту версию.