Книга Когда молчат гетеры, страница 192 – Алексей Небоходов

Терняев схватил карандаш и блокнот. Совпадение? Вряд ли. Слишком много нитей сходилось в одной точке. Люди Маленкова посещают какую-то знахарку в Мамонтовке. Там же живёт тётка Литариной. Литарина исчезает после смерти Алины Морозовой.

Терняев подошёл к карте на стене. Добавил новую красную нить — от фотографии Ольги Литариной к точке, обозначавшей Мамонтовку. Стрелой указал на имя Клавдии Антоновны.

— Литарина сбежала к тётке, которую навещают люди Маленкова, — произнёс он вслух.

Он вернулся к столу, перечитал записи «Стрелочника». «Колдунья», «заговаривает на власть», «талисманы для высокопоставленных лиц»… Мистический бред, конечно. Но что, если за этими суевериями скрывается что-то более материальное? Информация? Компромат?

Часы на стене показывали начало третьего. За окном проехала машина, на мгновение осветив кабинет фарами.

Январское утро встретило Терняева морозной дымкой за окнами кабинета на площади Дзержинского. Он сидел за столом, папка с доказательствами против Маленкова лежала перед ним. Терняеву оставалось дождаться разрешения председателя КГБ на проведение операции.

Он не спал уже вторые сутки, но усталости не чувствовал — холодная ясность в голове смешивалась с решимостью. На часах было без четверти восемь. Терняев поднялся и взял трубку внутреннего телефона.

— Алло, приёмная Серова? — голос Трофима Игнатьевича прозвучал ровно. — Это майор Терняев из отдела особых расследований. Прошу срочно соединить меня с референтом председателя.

Минуты тянулись. Звонивший смотрел на портрет Ленина над столом.

Наконец зазвонил внутренний динамик:

— Товарищ майор, вы на линии с референтом.

Терняев кратко изложил суть: дело чрезвычайной важности, безотлагательная аудиенция с председателем.

— Я передам, товарищ майор. Прошу оставаться на связи.

Он вернулся к столу, постукивая пальцами по портфелю. Внутри — доказательства причастности второго человека в государстве к серии убийств. Полгода назад он не поверил бы в такое.

Телефон зазвонил снова:

— Товарищ майор, можете пройти в приёмную председателя.

Терняев подхватил портфель, накинул пальто и вышел. По коридору, с отголоском сапог по мрамору, он направился к приёмной. Охранник у порога отдал честь, глянув на удостоверение. Терняев кивнул и шагнул внутрь.

В приёмной было пусто: лишь дежурный референт — женщина в строгом сером костюме с партийным значком — следила за табло вызовов.

В 8:47 в коридоре послышались шаги. Дверь распахнулась, и в приёмную вошёл председатель КГБ Серов — невысокий, сухощавый мужчина с военной выправкой и пронзительным взглядом из-под кустистых бровей. За ним следовали два адъютанта с папками и начальник личной охраны — широкоплечий капитан.

Все встали. Серов кивнул, окинул приёмную быстрым взглядом и скрылся за дверью кабинета, бросив секретарю:

— Через пять минут начинаем приём. По графику.

Терняев понимал, что его появление без предварительной записи — нарушение протокола. Но иного выхода не было.

Посетители сменяли друг друга. Терняев ждал. Без четверти двенадцать приёмная опустела — последний из списка вышел, пряча бумаги во внутренний карман кителя.

— Товарищ майор, — окликнула референт, — председатель готов вас принять. Пять минут — у него заседание в Кремле в час дня.