Книга Взрывное лето. Сюита для убийцы (сборник), страница 102 – Марина Серова

— Возможно, вы и правы… – мне вспомнились некоторые сцены, которые мы устраивали в свое время с Мельниковым. Уже укоренившееся представление о напряженных отношениях между дирижером и ударником дало трещину.

— Конечно, права! – Эта веселая женщина снова засмеялась. – Кроме того, Стас вообще не способен…

— Мама, Катя хочет раскрашивать книжку! – Подбежавший Митя затеребил ее за руку. Катя, сосредоточенно пыхтя, карабкалась матери на колени.

— Хорошо, маленький, только сначала уберите все кубики. Катюша, пусть тебе Карлсон поможет, – она чмокнула девочку в нос и снова спустила на пол.

— А я возьму машину и все отвезу на место! – поставил нас в известность мальчуган и, схватив здоровенный деревянный грузовик, начал набивать кубиками кузов.

Катя достала из ящика с игрушками большую тряпичную куклу – Карлсона, повесила ему на шею сумку, а затем, обняв куклу и громко жужжа, «полетела» к цветным руинам. Митя возил кубики на грузовике, Катя, не переставая жужжать, складывала их в сумку. За несколько минут все было убрано.

Заметив, что меня зачаровало это фантастическое зрелище, Марина объяснила:

— В одном журнале я прочитала, что, во-первых, детям легче убирать игрушки сразу, до начала другой игры, а во-вторых, убирать надо играя.

Ребята получили карандаши и большие книжки-раскраски, улеглись на полу и принялись за дело.

— Марина, вы начали говорить, что Корецкий не способен… – напомнила я.

— А, да. Он очень порядочный человек и не способен на хладнокровное продуманное убийство.

— Но убийство не было ни хладнокровным, ни продуманным. У меня есть основания считать, что был разговор, который перешел в ссору, а потом – в драку. И вот тогда, в запале, скорее всего, случайно… Но никак не умышленно.

— Значит, даже так… – нахмурилась Марина. – Но тогда это тем более не мог быть Корецкий. Понимаете, я, в общем, неплохо разбираюсь в людях. Уверена, Стас такого сделать не мог. Конечно, от несчастного случая никто не застрахован… Но Стас артист больше, чем человек. Если бы он убил Князева, через пятнадцать секунд об этом знала бы вся филармония! И не стал бы он прятать тело в кладовку. Стас устроил бы роскошное героико-трагическое представление на тему «Вяжите меня, убивца, люди добрые!», о котором знало бы полгорода. Нет, его участие я категорически исключаю.

Что ж, ее слова звучали убедительно. Она очень логично объясняла, кто и почему не убивал Князева. Правда, меня больше интересовал ответ на другой вопрос: кто все-таки его убил? И желательно также на третий – почему убил? Но когда я прямо спросила об этом, Марина погрустнела и только пожала плечами.

— Сама об этом постоянно думаю. Перебираю всех наших и никак не могу понять, что произошло. Но если вы говорите, что это было неумышленное убийство, почти несчастный случай… Мне надо над этим подумать.

— Марина, если вы подберете подходящую кандидатуру, человека, достаточно невыдержанного, чтобы затеять драку, достаточно нервного, чтобы шарахнуть в драке пепельницей, при этом достаточно хладнокровного, чтобы скрыть все следы, и достаточно хорошего артиста, чтобы ничем не выдать себя потом, то сообщите мне. Да, желательно, чтобы у него был высокий голос.

— Высокий голос? – подняла брови Марина.

— Да, почти тенор, – подтвердила я.