Книга Старая любовь - новые неприятности, страница 83 – Марина Серова

Уже засыпая, я воспроизвела в памяти незатейливую на первый взгляд картинку, которую подполковник набросал на листке. Человечки, движущиеся навстречу друг другу, неизбежно встретятся в одной точке. И эту точку предстояло поставить именно мне. И завтра я ее поставлю. Чего бы мне это ни стоило.

Около семи утра я припарковалась во дворе панельной пятиэтажки в Трубном районе. Взбежав на верхний этаж, я очутилась перед знакомой дверью и без малейших колебаний нажала на кнопку звонка, которую не отпускала, пока не услышала яростное бормотание.

Дверь распахнулась, и передо мной предстала Ольга Осокина в светло-сером льняном сарафане и с тщательно уложенными темными локонами.

— А, это опять вы… И что на этот раз? — Женщина окинула меня хмурым взглядом. — Я вообще-то на работу опаздываю.

Мой расчет оказался верным — я собиралась застать Осокину врасплох, чтобы иметь возможность побеседовать с ней без предварительной договоренности. А когда это лучше всего сделать? Правильно, ранним утром, когда ничего не подозревающая жертва спокойно собирается на работу, обдумывая предстоящие будничные хлопоты.

— Я вас надолго не задержу, — пообещала я, миролюбиво улыбнувшись.

— Да что тебе опять от меня нужно! — Осокина возвысила голос, внезапно перейдя на «ты».

— Здесь будем беседовать? — Продолжая спокойно улыбаться, я повела рукой в сторону лестничной клетки. — Или по пути в вашу поликлинику, вы ведь на работу опаздываете. Но это будет не очень удобно, не люблю разговаривать на ходу. Или предпочитаете, чтобы с вами пообщались в другом месте?

«Хотя этого тебе в любом случае не миновать». Последнюю фразу я произнесла уже мысленно. Вслух же я ерничала вовсю, и Осокиной это явно не понравилось. В темных глазах вспыхнули тревожные искорки и тотчас исчезли. Владеть собой эта дама умела.

— Ладно, проходи, ищейка. — Осокина отступила от двери, пропуская меня в прихожую.

Я прошла следом за хозяйкой квартиры в гостиную. Осокина, вызывающе глядя на меня, уселась на диван, я расположилась в кресле напротив, совсем как в предыдущий свой визит. Вот только чашку чая мне в этот раз не предложили, что, впрочем, и к лучшему.

— Итак, с чего начнем? — язвительно улыбнувшись, поинтересовалась Осокина.

— С вашей лжи, — хладнокровно ответила я, в упор глядя на свою визави.

— С какой еще лжи? — поморщилась Осокина, но в ее взгляде я вновь уловила страх.

Вместо ответа я продемонстрировала ей фотографию на своем смартфоне. Та некоторое время неотрывно смотрела на экран тяжелым, полным ненависти взглядом.

Наконец Осокина задала вполне ожидаемый вопрос:

— Ну и что?

— Зачем вы солгали мне, что не были знакомы с Артемием Витальевичем Белорецким? — отчеканила я.

— Не люблю распространяться о своей личной жизни, — заявила Осокина.

— А людей убивать любишь? — спокойно поинтересовалась я.

Осокина подскочила.

— Ты что, сдурела?! — завопила она.

Однако в этом, казалось бы, полном праведного возмущения вопле я тем не менее уловила фальшивую ноту. Ольга Осокина, без сомнения, была актрисой, но все же актрисой весьма посредственной. Роль несправедливо преследуемой безгрешной смиренницы она не вытягивала.

— Да, была с ним когда-то знакома, ну, переспала пару раз, и что? Суешь мне под нос фото трехлетней давности и обвиняешь в убийстве! Я и в поселке этом с тех пор не была, и сарафан давно уже выкинула.