Книга Рецепт убийства для настоящей лентяйки, страница 110 – Мэрион Чесни Гиббонс

— Рой, завтра эта история забудется. Ты это знаешь, я это знаю. Я иду спать. И какое-то время я не буду принимать гостей, я просто не в состоянии.

— Должен сказать: я думал, что вы меня упомянете, – пожаловался Рой. – Кто ездил с вами в Верхний Кокберн? Я обзвонил все газеты, у них сейчас только ночные дежурные, и они заявили, что если вы сами что-то скажете обо мне – прекрасно, но они не хотят слушать мою версию. Поэтому будьте добры, позвоните им. Это будет очень мило с вашей стороны.

— Я ложусь спать, Рой, и на этом точка. Финиш.

— Вы ведете себя как эгоистка, приковывая всеобщее внимание только к себе!

— Спокойной ночи, Рой, – сказала Агата. Она положила трубку и собралась идти наверх, но повернулась, снова сняла ее и оставила рядом с аппаратом.

* * *

— Мне хочется познакомиться с этой миссис Рейзин, – заявила сестра Джеймса Лейси, миссис Харриет Камберуэлл, неделю спустя. – Я знаю, что ты хочешь, чтобы тебя оставили в покое. Но я умираю от любопытства. В газетах и по телевидению уделили много внимания этому полицейскому, Вонгу, но ведь с делом-то разобралась она, не правда ли?

— Да, похоже, что она, Харриет. Но миссис Рейзин очень странная. Ты знаешь, что у нее на журнальном столике стоит садовый гном в виде украшения? Она идет по улице и что-то бормочет себе под нос, разговаривает сама с собой.

— Как мило. Я должна с ней познакомиться.

Загляни к ней и пригласи зайти на чашку чая.

— Если я это сделаю, ты вернешься к своему мужу и оставишь меня в покое?

— Конечно. Иди за ней, а я пока заварю чай и нарежу бутерброды.

Агата все еще полностью не отошла от шока. Ведь она чуть не сгорела. Она не предпринимала попыток увидеться с Джеймсом Лейси, ждала, пока заживут порезы и отрастут волосы. А когда это случится, думала Агата, она спланирует целую кампанию.

Стояла приятная теплая погода, а не та невероятная жара, которая мучила всех до грозы. У Агаты были открыты окна и двери, а она сама лежала в свободном хлопчатобумажном платье на кухонном полу, подбрасывая шарики из фольги в воздух, чтобы повеселить котенка. И тут зашел Джеймс.

— Мне следовало постучать, – сказал он, ему явно было неловко. – Но у вас открыта дверь. – Агата поднялась на ноги. – Хотел спросить: не желаете ли зайти ко мне на чашечку чая?

— Мне нужно переодеться, – с диким видом сказала Агата.

— Очевидно, я пришел в неудачное время. Может, в следующий раз.

— Нет! Пойдемте сейчас, – заявила Агата, испугавшись, что он сбежит.

Они направились к его дому. Как только Агата уселась и принялась с удовольствием рассматривать красивый профиль Джеймса Лейси, повернувшегося к двери кухни, из этой самой кухни вышла элегантно одетая женщина с чайным подносом.

— Миссис Рейзин, миссис Камберуэлл. Харриет, дорогая, это миссис Рейзин. Харриет умирает от любопытства, ей так хочется услышать о ваших приключениях, миссис Рейзин.

Агата почувствовала себя ничтожной замарашкой. Но рядом с женщинами типа Харриет Камберуэлл она всегда чувствовала себя ничтожной замарашкой. Эта Харриет оказалась очень высокой женщиной, почти такого же роста, как Джеймс, худой, с плоской грудью, квадратными сильными плечами, умным лицом представительницы высших классов, дорогой стрижкой, холодными глазами, судя по выражению которых ей было весело. На ней было хлопчатобумажное платье, сшитое на заказ.