Онлайн книга «Последнее дело майора Чистова»
|
И все-таки, все-таки… С раннего возраста Чистов понимал, что он, как ни крути, – обделенный. Эта обделенность сказывалась не только в одежде и игрушках – в чем-то более значительном. Его детская жизнь была бедна не одними лишь событиями – ей не хваталопробелов . Пробелы Каспара очень отличались от пробелов его домашних сверстников – начиная с утреннего туалета. Может быть, поэтому понятиеутренний туалет имело для детдомовских лишь один – мочеиспускательный – смысл. Ребятас воли (так их здесь называли) в очереди в туалет не стояли, и в их туалетах хорошо пахло. Собственно, после этого для них утренний туалет и начинался. Душ, фен и (в зависимости от возраста) бритье. При этом ни те, ни другие ни о чем таком не рассказывали: пробел есть пробел. Этот, как сказали бы сейчас, нарратив расцвел позже, в эпоху интернета, когда рассказывать стали решительно обо всём. Заметки Георгия опробелах запали Чистову глубоко в душу. Отдельное впечатление на него произвело то,что, пытаясь очеловечить Иван Иваныча, в его память вкладывали. Однажды в минуту откровенности Чистов сказал мне, что сам он ничем не лучше Иван Иваныча. На исповеди он, мол, когда-то услышал, что душа его неразвита оттого, что ей не хватает воспоминаний. По преимуществу детских, поскольку детство Каспара прошло в интернате. И пропуском его в нынешнюю жизнь, как и у Иван Иваныча, должны стать детские воспоминания. Читай – пробелы. 21 июня, 15:00 Я почувствовал, что Иван Иваныч майора всерьез заинтересовал. В этот день мы ездили в Экспоцентр, где тогда проходила выставка роботов. Когда я спросил, что мы будем там делать, Чистов ответил: — Нам следует познакомиться с родственниками Иван Иваныча. Выставка производила впечатление. На бескрайних просторах Экспоцентра стояли, ходили и ездили сотни носителей ИИ. Поражало обилие форм. Несомненно, в истории роботов должен был появиться свой Дарвин: машины были бесконечно разными – от простейших (газонокосилки) до антропоморфных. Появись здесь пытливый инопланетянин, он немедленно сделал бы вывод о том, что экспозиция представляет эволюцию роботов на планете Земля. Между тем всё экспозиционное сообщество появилось на свет почти одновременно и принадлежало к последнему поколению ИИ. Особое внимание привлекала женщина-робот по имени Бриджит. Она и в самом деле напоминала Бриджит Бардо. С достоинством вышагивала по красной дорожке – туда и обратно. На нее с грустью смотрела другая женщина-робот, не такая, возможно, красивая. Задумчиво касалась пальцами губ. Майор с изумлением узнал в ней свою знакомую. — Тоня? – неуверенно произнес он. Та, которую назвали Тоней, подняла глаза – и сразу стало ясно, что это реальная женщина. Продолжая держать руку у рта, она подошла к нам. Майор представил нас друг другу. Тоня кивнула мне. Вот, решила приехать, посмотреть на роботов… Хотела что-то еще сказать, но в сумочке у нее зазвонил телефон. Сумочка не открывалась, и ей пришлось действовать двумя руками. Стало понятно, что рука у рта закрывала разбитую губу. Чистов взял Тоню за подбородок и несколько секунд изучал ее лицо. — Кто это тебя так? — Да есть один т-такой… – Она махнула рукой. — Робот? – Чистов взял ее ладони в свои. — Хуже… Тоня уткнулась в грудь Чистова и расплакалась. Потом быстро заговорила, и слова ее выходили толчками, как рыдания. Звучали глухо, словно сказанные в подушку. Они попадали прямо в грудь майору, который и в самом деле напоминал небывалых размеров подушку. |