Книга Смерть в райском уголке, страница 30 – Эмили Салливан

Флоренс рассмеялась:

— Уверена, печатать детективную историю куда интересней, чем юридические документы.

— Это напоминает мне об учебе в университете, — радостно поделилась я. — Правда, мистер Дориан платит мне не за то, чтобы я анализировала его тексты.

Правда, мне все чаще хотелось, чтобы он обратился ко мне за советом, ведь каждый раз, когда я садилась за работу, меня переполняли новые идеи.

— Я так рада. — Флоренс поиграла бровями. — Но сомневаюсь, что ты расскажешь мне о книге, не так ли?

Я улыбнулась:

— Не расскажу, Флоренс. Я обязана хранить молчание, когда дело касается рукописи.

— Ну стоило попытаться, — с улыбкой протянула она. — Но я рада за тебя. Возможно, это занятие положит начало чему-то новому. И видит бог, тебе нужно будет чем-то занимать свое время, когда Клео уедет.

Я только сделала глоток чая и тут же подавилась.

— О чем ты говоришь? — спросила я, откашлявшись.

Флоренс наградила меня удивленным взглядом:

— Ну ты понимаешь. Когда она уедет учиться. В Англию.

— Клео никуда не едет, — резко сказала я и поставила чашку на стол. Мои руки начали трястись, и я испугалась, что разолью напиток. — С чего ты это взяла?

— Вирджиния рассказала. А она наверняка узнала от Джульетты, — объяснила Флоренс, слегка потрясенная моей реакцией. Затем она наградила меня ласковым взглядом и погладила мое колено. — Моя дорогая, ты же не ожидала всерьез, что Клео будет довольствоваться крохотной местной школой? Она так умна. Совсем как ты.

— Мы это не обсуждали, — прошептала я, но на самом деле это была не совсем правда.

Пару раз Клео вскользь упоминала, что хотела бы пойти по моим стопам и отправиться на учебу в Гертон, но ей было всего четырнадцать. До поступления в колледж еще много лет.

— Мне так жаль. Я не хотела тебя расстраивать.

— Я не расстроена, — поспешила заверить ее я. — И не стоит извиняться. Но все же я должна поговорить об этом с Клео. Джульетта наверняка что-то не так поняла.

— Разумеется. — Флоренс миролюбиво кивнула. — Уверена, так и есть.

Но, несмотря на слова подруги, узел в моем животе не спешил ослабевать.

«Если со мной что-то случится, ты должна вырастить детей здесь. Не возвращайтесь в Англию».

Непрошеное воспоминание вспыхнуло в сознании: прошло столько лет, но я все еще видела странную вспышку отчаяния, что мелькнула в глазах Оливера, когда он потребовал от меня пообещать остаться на Корфу. В то время я понятия не имела, откуда у него возникла столь мрачная мысль. Мы вместе сидели на террасе поздно вечером, отдыхая после долгого дня. Я продумывала меню на следующую неделю, пока Оливер, по своему обычаю, просматривал письма, которые забрал с почты в городе. Тогда я только отмахнулась от его переживаний и легкомысленно согласилась, ведь даже подумать не могла, что вскоре мой муж умрет.

«Конечно, дорогой. Зачем нам уезжать?»

Он не ответил — лишь крепче сжал мою ладонь. Помню, как удивилась тому, насколько потной была его кожа.

«Ты должна поклясться, Мин, —настаивал он. — Поклянись, что не вернешься».

Он не отпускал мою руку до тех пор, пока я не дала обещание. Но я не пыталась вытянуть у него объяснение. Даже не спросила, почему он заговорил об этом. Что-то отвлекло меня в тот вечер, хотя теперь я даже не могу вспомнить, что именно. Кто-то из детей плакал, или миссис Курис попросила меня о чем-то, или ужин начал подгорать. Больше мы эту тему не обсуждали.