Книга Право на жизнь, страница 22 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Дойдя до ванной, он тщательно запер дверь. Оперся рукой о раковину, взглянул в зеркало. В глазах ещё плясали смешинки — мысль о недавнем происшествии с Ольгой снова вызвала лёгкий приступ смеха. Он прикрыл рот ладонью, чтобы не рассмеяться в голос, но плечи всё равно подрагивали.

«Ну и утро…» — мысленно повторил он, вспоминая ошеломлённое лицо Ольги, её порывистые движения, а потом свой собственный неудержимый смех. Это было нелепо, странно, даже немного неловко — но в то же время… освобождающе. Как будто весь накопившийся стресс вышел через этот внезапный приступ хохота.

После душа он тщательно вытерся, надел чистую футболку — мягкую, слегка выцветшую после множества стирок, но такую привычную. Привёл в порядок волосы, пригладив их ладонью, и взглянул на себя в зеркало ещё раз. Теперь лицо выглядело свежее, а в глазах появилась привычная ясность.

Выйдя из ванной, он направился на кухню, из-за двери столовой доносился смех Карины и Яны.

Когда он вошёл, его встретил тёплый свет лампы, запах корицы и мёда, а также оживлённая болтовня. Елена стояла у плиты, помешивая что-то в большой кастрюле, а вокруг стола уже собрались остальные: Максим с Пашей обсуждали вчерашнюю охоту, Яна с Кариной делились шутками, а Матвей, заметив Дениса, кивнул ему с лёгкой улыбкой.

— О, проснулся наконец? — весело бросила Елена, не оборачиваясь. — Садись, сейчас налью тебе чаю. Булочки ещё тёплые.

Денис улыбнулся, чувствуя, как напряжение окончательно отпускает его. Он опустился на стул, вдохнул аромат свежезаваренного чая и подумал: «А ведь день может быть хорошим».

* * *

На кухне царила атмосфера домашнего уюта, почти неправдоподобная в этом разрушенном мире. Тёплый свет лампы с матовым стеклом разливался по комнате мягким золотистым сиянием, подчёркивая древесные узоры на столе и отбрасывая тени на бревенчатые стены. В воздухе витал сложный аромат: запах свежезаваренного чая с сушёной малиной, тёплого хлеба, едва уловимый дымок от тлеющих в печи поленьев.

Виктор сидел у окна, слегка откинувшись на спинку старого деревянного стула. На его лице играла тихая, почти благоговейная улыбка. Он медленно обводил взглядом людей, собравшихся за столом — каждого по отдельности и всех вместе. В глазах, окружённых сетью морщин, читалась глубокая, выстраданная радость. Эти люди, такие разные, такие непохожие, стали ему семьёй — той самой, о которой он мечтал, когда строил этот дом. Мечтал, как будут бегать внуки, как за большим столом соберутся дети и их супруги, как будет звучать смех, а по вечерам — неспешные разговоры.

Сейчас его мечта обрела иные очертания, но всё же сбылась. Егор, его внук, сидит рядом с Кариной, их пальцы незаметно переплелись под столом. Аня, словно дочь, с заботливой улыбкой наливает ему горячий чай в толстостенную кружку, украшенную потёртыми цветочными узорами. Максим и Денис перебрасываются шутками, а Яна с Пашей с аппетитом уплетают булочки, посыпанные сахарной пудрой. Матвей тихо беседует с Еленой, и в их взглядах читается что-то большее, чем просто дружба.

Виктор глубоко вдохнул, ощущая, как тепло разливается по груди. «Они живы, — подумал он. — Они здесь.».

Аня поймала его взгляд, улыбнулась ободряюще — широко, искренне, так, что вокруг глаз разбежались мелкие лучики. Она поставила перед ним кружку с чаем, от которой поднимался лёгкий пар, и тихо сказала: