Книга Мертвая тишина, страница 170 – Анна Денисова, Виктория Сталь

— Ну что там? — зевнул он, потирая лицо ладонями, чтобы немного взбодриться. В глазах ещё читалась усталость, будто он не спал несколько суток.

— Да ничего интересного, — отозвался Денис. Его взгляд был сосредоточен, будто он всё ещё наблюдал за происходящим за пределами их укрытия. — Те, что уезжали с утра, вернулись. Перетаскивали какие-то ящики из машин — тяжёлые, судя по тому, как они кряхтели. Ящики тёмные, запечатанные, ни одной надписи не разглядел. Может, оружие, а может, что похуже…

Он сделал паузу, почесал затылок и продолжил:

— Двое на воротах сменились через три часа, как по расписанию. Тот, что у входа, так и стоит — ни на шаг не отходит. Курит каждые десять минут, бросает окурки прямо на землю. Нервничает, похоже.

Дмитрий кивнул, задумчиво побарабанив пальцами по колену. Его взгляд стал жёстким, сосредоточенным.

— Мясник не появлялся? — снова спросил он, не скрывая тревоги в голосе.

— Нет, — покачал головой Денис. — Ни единой души, которая подошла бы под твой портрет. Либо прячется хорошо, либо его здесь вообще нет.

Дмитрий нахмурился, словно взвешивая варианты. Молчание повисло в воздухе, наполненное напряжением. Наконец, он кивнул, будто принял какое-то решение.

— Ясно. Ладно, хватит пока наблюдать. Давай поедим. И будешь отдыхать.

Денис вздохнул, но спорить не стал. Он подтянул к себе потрёпанный рюкзак, порылся в нём и достал припасы: банку тушёнки с чуть помятой этикеткой, пачку сухарей, покрытых крошками, и пару консервов в жестяных банках.

— Ну что, устроим пир? — попытался пошутить он, но улыбка вышла натянутой. — Только не жди деликатесов — всё, что осталось.

Дмитрий хмыкнул, но ничего не ответил. Он помог Денису разложить нехитрую еду на старом одеяле, служившем им импровизированным столом. Тушёнка источала тёплый мясной аромат, смешиваясь с запахом пыли и сырости, пропитавшими их укрытие. Сухари хрустели на зубах, а консервы оказались неожиданно вкусными — солёные овощи с пряностями напомнили Дмитрию о доме.

Пока они ели, в воздухе витало молчаливое напряжение. Оба понимали: впереди ещё долгая ночь, полная неизвестности и опасностей. Но сейчас, в эти короткие минуты передышки, можно было позволить себе немного расслабиться — прежде чем реальность вновь напомнит о себе.

Карина ходила по дому, не зная, чем себя занять. Её шаги эхом отдавались в пустых комнатах, а взгляд бесцельно скользил по знакомым предметам, которые вдруг потеряли для неё всякий смысл. Кино больше не прельщало — экран казался ей насмешкой, пустой иллюзией, далёкой от той реальности, что сжимала сердце ледяными пальцами. Мысли были далеко, там, где отец. Она не могла сосредоточиться ни на фильмах, ни на книгах — буквы расплывались перед глазами, сюжеты терялись, как миражи в пустыне.

Повседневную работу делала механически: протирала пыль, развешивала бельё, помогала готовить ужин — всё это происходило будто не с ней, а с кем-то другим. Движения стали автоматическими, лишёнными души. Время текло медленно, тягуче, как патока, каждая минута казалась вечностью. Часы на стене тикали раздражающе громко, будто отсчитывали секунды до чего-то страшного.

После того как вернулся Максим с командой и рассказал о случившемся с Андреем, тревога только усилилась. Слова Максима эхом звучали в голове, раз за разом возвращая её к ужасной реальности: опасность существует, и она реальна, как никогда. Комната наполнялась тенями воспоминаний, а тишина становилась почти осязаемой, давящей.