Онлайн книга «Скрытые улики. Сборник исторических детективных рассказов»
|
Грюбер услышал крики и выглянул из пролетки – прямо под газовым фонарем два ломовика сцепились ободами, не сумев разъехаться посреди широкой Тверской. И теперь крыли друг друга матом, махали руками, призывая в свидетели редких прохожих. Слева уже бежал к месту происшествия полицейский в длинной и толстой шинели. Михаил Антонович презрительно улыбнулся и снова откинулся на кожаную спинку сиденья. Это не люди, подумал он, поднимая и плотнее запахивая бобровый воротник, это животные – бараны, собаки, обезьяны. Впрочем, и он – не человек, нет. Грюбер снова хлебнул из фляжки. Он живой мертвец, который по случайности еще живет в этом мире. И срок его неизвестен. Месяц? Неделя? Глупее всего будет издохнуть прямо сегодня, когда намечается такая приятная ночка! Пролетка свернула в узкий переулок и остановилась перед подъездом с коричневым ржавым козырьком, по которому уже начал молотить холодный ночной дождь. Грюбер расплатился, быстро толкнул дверь и тут же наткнулся на Печенькина, одетого теперь не во фрак, а в старый серый пиджак, жилет и полосатые брюки. — Вы что, караулите тут? – спросил он. Печенькин хихикнул: — Так точно-с! Из дворницкой в окошко глядел. Ждал-с. Пройдемте! — Прямо так, в пальто? — Пальто? Пальто потом-с! Сперва, разрешите, покажу вам… Михаил Антонович пошел за Печенькиным по узкому темному коридору с темно-зелеными обоями. Наконец Лавр Петрович распахнул перед ним дверь. — Вот-с! Грюбер заглянул в проем. Это оказалась спальня с большой и низкой кроватью, застеленная дешевым бельем. Окно было задернуто длинными – в пол – гардинами темно-вишневого цвета. Два газовых рожка в головах кровати светились вполнакала. — Понятно, – сухо сказал Михаил Антонович. – Это понятно. А где… — Девушка? – спросил Печенькин. Грюбер кивнул. — Увидите! Увидите и не пожалеете! Прошу-с гонорар… Михаил Антонович вынул портмоне, отсчитал пять червонцев и передал Печенькину. Тот ловко сунул их во внутренний карман пиджака. — Дело не хитрое. Следите за моими руками. Если я большой палец на правой руке подожму, значит, ставьте на верхнюю карту. Если на левой – на нижнюю. Первые три тура вы проиграете – чтобы остальные не беспокоились. Потом два отыграете. Потом один проиграете. Потом два выиграете. Так и будет – один проигрыш, два выигрыша, пока не получим весь банк. Понятно? А теперь следуйте за мной. В соседней комнате располагался зал для игры со столом посредине. Четыре стула. У стены – длинный диван. И здесь окно плотно закрывали такие же вишневые гардины. Только было светлей, чем в спальне. На диване сидел высокий жилистый бородач в форме казачьего полковника. — Прошу познакомиться, – сказал Лавр Петрович, – Матвей… — Ионыч, дурья твоя башка! – произнес хрипло полковник, не вставая. — Матвей Ионыч! – подхватился Печенькин. – А это, разрешите представить – Михаил Антонович Грюбер. — Прости, что не встаю, – сказал полковник. – Целый день мотался по Москве по военным делам. Я ведь тут всего на три дня – потом обратно на Балканы. Грюбер пожал плечами и подошел к столу. — Как мы сядем? – спросил он Печенькина. — Как угодно-с, – ответил тот. – Я вот здесь, а вы – как хотите. Полковник Грюберу не понравился – несмотря на слова об усталости, от него за версту несло перегаром и еще каким-то тревожным запахом, которого он никак не мог понять. Михаил Антонович до последнего момента был совершенно уверен в своей победе, но теперь, глядя на этого долдона в форме, вдруг подумал – а что если тот не удовлетворится проигрышем и попытается силой отобрать главный приз? Грюберу не нравилось, что полковник наблюдает за ним – открыто и бесцеремонно, как будто оценивая. |