Пенелопа несколько лихорадочно записывает:
В окрестностях Лез-Андели[40] откопали статую всадника, датируемую XI веком. Она появлялась из земли по частям из-под крестьянского плуга – недоставало только головы. Несомненно, это был какой-то могущественный персонаж. У нас в запасниках музея хранится великолепная голова, увенчанная короной, которая прекрасно подошла бы этому всаднику. Надо только немного подреставрировать коня. Можно было бы изготовить замечательный постамент из нормандского камня, организовать официальные раскопки статуи. Проинформируем газеты Руана и Фалеза, а также парижские издания. Повсюду сообщим, что только что извлекли из земли статую герцога Вильгельма, завоевателя Англии, причем прекрасно сохранившуюся и идентифицированную по надписи, которая не вызывает сомнения. Статую доставим в Париж по Сене, с остановками и торжественными речами. Прибытие в Париж будет сопровождаться празднованием и иллюминацией. Статую герцога Вильгельма можно установить на прекрасной широкой аллее или на Новом мосту. Я уверен, что она вызвала бы восхищение и знатоков, и всех парижан. Ну а что касается меня, даже захоти я усомниться в ее подлинности, то уже не смог бы.
— Видите, как он учитывал роль газет? В то время! Гений! Должно быть, Наполеон отверг эту довольно очевидную подделку. Неизвестно, что стало с этой статуей, которая вряд ли изображала Вильгельма и, скорее всего, не датировалась одиннадцатым веком. Ну а за неимением статуи Денон распорядился привезти Гобелен. Где он тогда находился?
— Он висел в нефе собора Байё с одиннадцатого века.
— Вам известны другие гобелены, которые провисели бы в течение восьми веков на сквозняке и не превратились бы в лохмотья или труху?
— Простите, я египтолог. У наших мумий как раз бинты выдерживают. Я вышла на работу всего два дня назад и еще ничего не знаю. Скорее всего, Гобелен хранился свернутым в сундуке в сокровищнице собора, такое бывало.
— Нужно будет прояснить этот момент. А во время Революции его прятали? Откуда Денон знал про него? Разве в восемнадцатом веке говорили о гобелене из Байё? Я в этом не так уж уверен… Но доверяю вам. Я расскажу вам все, поскольку вот уже пять минут как вы руководите музеем. Хочу понять это второе письмо, обратите внимание на детали:
Гражданин Первый консул (на этот раз мы в конце тысяча восемьсот третьего или в начале тысяча восемьсот четвертого года, который завершится коронацией), моему надежному человеку/доверенному лицу в Каире необходимо располагать достаточным временем, чтобы проследить за окончанием работ. Мы с Бальтаром за неделю сделали рисунки, соблюдая все характерные черты эпохи. Двенадцать монахинь-затворниц быстро доведут наше предприятие до счастливого завершения. Никто не заподозрит подделку. Все к нам вернется морем, и думаю, что до начала следующего года у нас будет вся работа целиком. А вкупе со статуей Вильгельма парижане теперь не смогут игнорировать тот славный ратный подвиг, который волнует друзей Нации.
— Дорогая Пенелопа, вас никогда не поражало сходство между сценами на Вандомской колонне и вышивкой из Байё? Не знаете, что сказать?
— Вы только что сами говорили, что Вандомская колонна представляет собой фриз с батальными сценами, обвивающими ее наподобие столпа Траяна в Риме или его сестры, колонны Антонина[41].
