Онлайн книга «Загадка королевского гобелена»
|
— Предлагаю пройтись по городу, а потом примерим эти проклятые скафандры, кольчуги и подлатники. Они выставлены на стенде «Сыны 1066 года» на площади Гибре – довольно красочное зрелище. В это воскресенье в Фалезе праздник. Колокола трезвонят во всю мощь, прямо «Фламандская ярмарка»[157]. Войска, направляющиеся в Гастингс, облачились в костюмы, улицы напоминают высокобюджетный телефильм, престижный сериал Би-би-си. По просьбе Пенелопы Пьер ведет их к фонтану Арлетты и к статуе Роберта Великолепного. Нормандские герцоги, изваянные в полный рост, окружили бронзового всадника, который для Фалеза значит примерно то же, что Петр Великий на берегах Невы для Санкт-Петербурга. Первые герцоги стоят с пустыми руками, их бронзовые мечи давно украдены. У Роберта больше нет почетной свиты. Пьер заводит друзей в городскую мэрию. На одной из стен недавно установили Мемориал Фалеза, который раньше находился в центре донжона, но главный архитектор решил убрать его из своего нелепого постмодернистского ансамбля. На камне начертаны священные имена соратников 1066 года. Два венка из живых цветов возложены к основанию монумента. На одном лента «Сыны 1066 года» – его каждый год ассоциация возлагает накануне годовщины сражения. На другом написано: «Колыбель Вильгельма Завоевателя». Пьер объясняет: — Это новое. Ассоциация «Колыбель Вильгельма» впервые осмелилась выступить открыто. Речь идет о группе жителей Фалеза, которая существует уже давно, – наши их недолюбливают, расскажу почему. Но сначала нужно, чтобы вы поняли другие мелкие повороты сюжета. Второй венок – это объявление войны. Хотите узнать, на кого похожи эти сподвижники герцога разлива тысяча девятьсот девяносто седьмого года? Я хочу сказать, официальные лица, группа моих друзей, организовавших завтрашние торжества? Минут через десять они приходят в предместье Гибре. На площади перед церковью ярмарка костюмов, в палатке, установленной ассоциацией, разместились члены оргкомитета. Пьера здесь ждут. Тут разложены знаменитые военные доспехи, которые предлагают примерить завтрашним участникам. Ярмарка Гибре проводится на этом месте со Средних веков. Она была одной из самых крупных во Франции; сегодня на этой площади, вымощенной брусчаткой, находится рынок региональных продуктов. Вандрию хочется купить все: завтра бой, нужно запастись провиантом. Его внимание привлекает стенд «Поросенок из Байё» – там рийеты, окорока, кровяная колбаса и паштеты в тесте. Рядом андуи – колбаски из свиных потрохов из Вильдьё, которые испокон веков пытаются скопировать в Вире и Гемне, карамель из Тиншебре – почти так же тает во рту, как карамель из Изиньи, – разные сорта рисового пудинга «тергуль». Вандрий покупает. Одним взглядом он окидывает открытые фургоны, припаркованные чуть дальше, чтобы не нарушать исторический вид площади, проверяет содержимое своих пакетов, читает надписи на оберточной бумаге и на рекламных листовках. Он застывает, хмурит брови: — Пенни, все эти колбасные изделия ждут нас целую вечность. Гульдеброк! Посмотри на эти имена – это невероятно, настоящий Мемориал! Я не шучу, они здесь, солдаты Гастингса, ставшие молочниками и колбасниками: масло Фромантена, ферма Кенеля и Мюзара. Поншардоны из поколения в поколение готовят андуй (Вильдьё-ле-Поэль, Манш), «Дом Равено», Тинель – фермерская свинина, сидр из поместья Пистр… Это галлюцинация, уверяю тебя. Все эти имена без исключения – я только что прочел их на камне в мэрии. Скажи, Пенни, ты находишь это нормальным? Одно-два куда ни шло… |