Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 157 – Леси Филеберт

Он замолчал, сжав кулаки, костяшки побелели.

— В бою мы черпаем силу прямо из них. Из Светочей. И они же своей магией питают экран на границе. Когда один Светоч истощается, экран даёт слабину, грифоны это чувствуют и прорываются в точке ослабления. Это и есть Снежная Буря, обычно она возникает раз в неделю.

Я похолодела от приблизительного понимания происходящего. В словах Лукаса вырисовывалась ужасающе бесчеловечная логика и целая машина выживания страны, работающей на живом топливе.

— Истощается? — переспросила я. — Что конкретно это значит?

Лукас резко отвернулся, он явно избегал моего взгляда.

— Это значит, что магии Светоча хватает ненадолго, Кьяра. Они отдают всё. Весь свой внутренний свет. Всю свою силу, всю свою жизнь. А потом... потом гаснут. Умирают. И мы ищем новых... Это бесконечный конвейер. Проклятый, бесконечный конвейер. В мужчинах почему-то нет магии, которая способна питать экран. Только женщины, девушки. В девушках лет восемнадцати она особенно ярко проявляется.

Его взгляд, наконец, устремился на меня, полный какого-то болезненного изумления.

— Но ты... Такого Светоча, как ты, я никогда не видел. Чтобы кристалл вспыхнул ослепительным белым светом... Это не просто отклик. Это... целое солнце. О таких, как ты, только легенды ходят, как об Абсолютных Светочах, — он сделал шаг ко мне, и его лицо исказила горькая усмешка. — Думаю, магии одной только тебя хватит, чтобы держать щит месяцы... Может, годы... Без единой Бури... Без единого прорыва.

Он выдохнул, и его плечи как будто слегка согнулись под тяжестью этих слов.

— И государство, Кьяра... оно не выпустит тебя из своих цепких рук. Тебя свяжут по рукам и ногам где-нибудь у самой границы в ледяном склепе. И будут выжимать, каплю за каплей. Пока от тебя не останется... ничего. Помимо твоей воли. Потому что ты теперь не человек. Ты — Абсолютный Светоч. А значит — стратегический ресурс.

Он замолчал, и в тишине оружейной было слышно только наше неровное дыхание.

— Поэтому, — очень тихо произнёс Лукас с таким видом, будто сам не верил в то, что говорит, — я помогу тебе сбежать.

Мой мозг, заторможенный шоком, с трудом переварил слова.

— К-куда? — выдавила я, заикаясь, не веря своим ушам.

Он посмотрел на меня прямо, и в его взгляде уже не было паники. Только холодная решимость.

— Далеко. Так, чтобы до тебя не дотянулись. В Лакор.

— В смысле, в Лакор? — тупо повторила я.

— Такую сенсацию, как ты, не спрятать. Ты думаешь, тебе дадут «отказаться»? Нет, ткнут пальцем в бумаги и скажут: «Ваш долг, адепт Винтер». Ты — шанс для Валтарии прожить спокойно несколько месяцев, а то и лет. Император такое не упустит... Здесь, внутри страны, тебе не будет спасения. А я... — он резко оборвал себя, сжав челюсти, я увидела, как заиграли желваки. — Не могу позволить себе пустить тебя на границу и наблюдать, как такую хрупкую девушку будут сжигать изнутри день за днём, пока от нее не останется лишь прах. Но я не могу и укрыть Абсолютного Светоча в Валтарии. Тебя найдут, сомнений нет. Поэтому — надо выставить куда-то за пределы. В Лакор.

— Каким образом? — спросила я, и мой собственный голос показался мне чужим.

— Я знаю дату и точку открытия следующего телепортационного окна между нашими странами, — неожиданно заявил Лукас. — Наши специалисты научились их высчитывать, и мне известна точка. Она находится на территории полигона, где проходит финальный этап Турнира, и во время его прохождения я могу тайком провести тебя туда и помочь телепортироваться в момент его открытия. Будет сложно незаметно провести тебя на сам полигон Турнира, но я справлюсь... Что-нибудь придумаю. Как раз хорошо, что точка и время окна совпадают с Турниром, внимание всех вокруг будет приковано к нему, твою пропажу заметят не сразу. Новых Светочей отправят на границу как раз после Турнира. Сейчас на границе задействованы все ячейки для Светочей, их в любом случае уже нельзя просто взять и выдернуть оттуда.