Книга Бывшая жена дракона. Право на сына, страница 26 – Анна Сафина

чувствуя животный страх. Он был настолько осязаем, что у меня прошла дрожь вдоль

позвоночника.

В глазах Ардена разверзлась тьма. Зрачок потемнел и заполонил весь белок, но я не

ощущала от него угрозы. А зря.

Когда мы остались наедине, всё его внимание переключилось на меня.

— Ты забыла свое место, Дарина?

Голос его звучал вкрадчиво и обманчиво спокойно, и от этого меня лихорадочно

затрясло. Я узнала этот тон.

— Мне нужно покормить сына, Арден, я пойду.

Я попыталась пройти мимо него в сторону лестницы, но он грубо схватил меня ладонью за

кисть и сжал ее, причиняя мне боль.

— Ай!

— Ты не смеешь уходить, пока я не разрешил. Мы не закончили разговор.

— Ты уже всё решил для себя и обвиняешь меня, так что не вижу смысла что-то

обсуждать. Оправдываться я не собираюсь.

— Это хорошо, что признаешь свою вину. Ты всего лишь моя ламия и не смеешь ни на кого

кидаться в этом доме. Это ясно?

— Ясно, — глухо ответила я и опустила взгляд, разрывая контакт с его бешеными

глазами.

— В качестве наказания будешь обслуживать гостей на завтрашнем рауте. Может,

научишься подчинению и покорности, поработав прислугой среди высокородных.

Если бы он ударил меня, это не принесло бы мне столько боли, что его слова.

Он хочет унизить меня при всех, и это навсегда поставит меня на один уровень с

простолюдинами.

— Я поняла. Раз это всё, то я пойду. Мой сын голоден.

На этот раз Арден не стал меня останавливать, и я спустилась на пошатывающихся ногах.

Николетта с матерью обрадуются и будут злорадствовать, что так умело подставили меня,

а я поняла, насколько отец был прав.

Они, может, из семьи не особо влиятельной, но оттого и обладали куда более гнусными

качествами, выгрызая себе путь наверх.

Но я не собиралась становиться для них той самой ступенькой на пути к власти, пусть

даже не мечтают.

Когда мы с Ханной расположились в комнате и закрыли двери, я почувствовала себя

спокойнее.

Мир, на удивление, когда я пришла за ними на кухню, спокойно спал и проснулся, лишь

почувствовав мое присутствие.

Говорить Ханне раньше времени, что в скором времени на рауте я буду наравне с

прислугой обслуживать гостей, я не стала, чтобы она лишний раз не волновалась. Я уже

представляла, какая у нее будет обескураженная и недовольная реакция.

Несмотря на то что внутри меня буквально лихорадило от чувства несправедливости, я

считала, что такое наказание гораздо лучше, чем если бы Арден потребовал близости.

Насколько я слышала, во время войны ламии выполняли функции любовницы, и хоть я была

готова на это ради своего сына, но думала об этом с отвращением, до сих пор

вспоминая, что именно из-за его измены чуть не потеряла ребенка.

— Ох, не нравится мне всё это, моя леди. Вам пришлось всё самой тут убирать. Как бы

ни повелось так, что всегда придется этим заниматься, как и в доме отца.

Впервые Ханна упомянула о том, что жизнь в отчем доме была для меня несладкой.

Если раньше эти воспоминания вызывали во мне боль, то сейчас я не чувствовала ничего,

что меня бы огорчало. Словно я отпустила ситуацию. Не то чтобы я простила мачеху и

младшую сестру Аишу, но понимала, что они, скорее всего, просто несчастны, оттого

так злы.

Женщинам в нашем обществе в принципе нелегко. Ими распоряжаются, как вещью, выдают