Книга Дитя Меконга, страница 109 – Алёна Сереброва

«Мама придёт, обязательно расскажу, что он оставил сестру одну».

Недовольство вспыхивает горячей волной и так же быстро отступает, оставляя после себя усталость.

— Проходи.

Сбросив обувь у порога, Тон ныряет в темноту дома, привычно включая несколько ламп по пути к лестнице.

— Можешь остаться здесь, если хочешь. Скажешь отцу, когда он вернётся, что я наверху.

Тон оборачивается к молчаливому Ноку, уже ступив на первую ступеньку, и тут же сталкивается с тёмным внимательным взглядом.

— Предпочту подняться с тобой, если ты…

— Не против. – Коротко улыбнувшись, Тон устремляется наверх, едва не перескакивая сразу через две ступеньки.

— У вас так принято?

Тон замирает на последней ступеньке и снова оборачивается, вопросительно выгибая бровь, хотя и знает, что имеет в виду Нок.

— Оставлять болеющих детей одних в доме. Если бы кто оставил Ним одну…

— Поверь мне. – Тон коротко, остро улыбается. – Мама отцу этот просчёт просто так не спустит.

На втором этаже всего две двери, одна напротив другой, и Тон, коротко постучав, уверенно приоткрывает одну из них.

— Пла?

Он зовёт в надежде, что та всё-таки проснулась, однако надежда не оправдывается, и в ответ звучит лишь тишина. Да отвечать и некому.

Фонаря снаружи недостаточно, чтобы осветить небольшую комнату, но вполне хватает, чтобы понять – в разобранной постели никого нет.

На мгновение горло Тона сдавливает страхом, однако это чувство проходит, уступая место надежде. Так любимой Пла плюшевой игрушки в постели тоже не обнаруживается.

«Ты проснулась?..»

— Тон? – зовёт Нок, и этот тихий голос заставляет Тона внутренне вздрогнуть. Он настолько ушёл в себя, что даже забыл, что не один здесь.

— В порядке, – отзывается он, в несколько шагов добираясь до двери собственной спальни.

Пла спит в его кровати, обвив, словно коала, старую плюшевую змею, и даже свет ночника на тумбочке ей не мешает.

Воздушный шарик надежды лопается внутри, неприятно обжигая рёбра. Тон не знает, пришла ли Пла сюда сама, пусть ненадолго, но проснувшись, или, может быть, её принёс сюда отец…

«Похудела…»

Сейчас она кажется ещё более маленькой и хрупкой, чем он привык её видеть, а косточка на и так обычно тонком запястье словно вот-вот прорвёт обтягивающую её кожу.

«Сколько именно дней ты уже спишь, Спящая Красавица?»

Внутри неприятно ворочается что-то холодное и скользкое.

— Тон? Всё в порядке?

— Теперь да. – Тон не оборачивается к Ноку, хотя и слышит в его голосе беспокойство. Потом. Он обернётся потом. После того, как Пла перестанет так сильно сжимать игрушку, будто ей больно. И после того, как откроет глаза.

— Тон, посмотри на меня, пожалуйста. Повернись, хорошо?

Тон хмурится, не понимая, зачем это Ноку. Что изменится, если он сейчас обернётся? Что…

— Пожалуйста.

На плечо ложится ладонь, и Тон сдаётся, оборачиваясь.

— А теперь расслабься. Ты выглядишь так, словно собираешься драться. Разожми кулаки. Ну?

Пальцы на плече мягко надавливают, будто бы разминая.

Только сейчас Тон понимает, что неосознанно стиснул кулаки, будто действительно собрался с кем-то сражаться, хотя в комнате их всего трое и ни один из присутствующих ему не враг.

— А ещё погаси фонарики. Если твоя сестра сейчас проснётся, то, думаю, она может напугаться твоей иллюминации.