Книга Изгони меня, или Дачная готика, страница 49 – Рина Когтева

За секунду до того, как участковый уполномоченный Петров вышел на веранду, Дарья придвинула кресло вплотную к креслу Томаса Ивановича и взяла его под руку. Де Торквемада не дрогнул, ну а ошалевший Петров, когда все это увидел, кажется, ошалел еще больше.

— Что-нибудь нашли? – спросил Томас Иванович.

— Дарья Николаевна, можно вас на минутку? – строго спросил Петров.

Дарья подняла глаза на Томаса, тот устало пожал плечами. Петров открыл дверь в дом, Дарья поднялась и пошла за ним. Они прошли в темную кухню.

— Дарья Николаевна, – Петров сначала посмотрел в окно, потом в пол, потом снова в пол, но уже в другом месте, – тут деликатная ситуация, но я обязан вас спросить.

— О чем? – Салтыкова непонимающе смотрела на него.

Петров уставился на холодильник.

— Если вы здесь не по своей воле, если вам что-то угрожает, просто кивните мне. Не говорите ничего, я все понимаю. Я на вашей стороне, я смогу вам помочь.

Петров умоляюще посмотрел на Дарью. Она не кивала и кивать, видимо, не собиралась.

— Вы о чем, вообще? – спросила она.

— Я… – Петров замялся, внезапно почувствовав себя идиотом.

— Вы просили пустить вас в дом – вас пустили, – отчеканила Дарья, – но это не значит, что вы имеете право вмешиваться в чужую личную жизнь.

— Я… – Петров попятился, уперся спиной в дверь комнаты де Торквемады, вспомнил о чемодане в шкафу, и ему стало еще хуже, хотя казалось, что хуже уже некуда.

Дарья распахнула входную дверь. Петров покорно вышел, за каким-то чертом поднял глаза и наткнулся на насмешливый взгляд де Торквемады.

— В чем дело? – спросил он.

— Спрашивал, не держишь ли ты меня здесь насильно, – ответила Дарья.

— И что ты ответила? – усмехнулся де Торквемада, но голос его стал ниже, и при этом он не сводил глаз с Дарьи.

Петрову захотелось провалиться сквозь землю. Не хватало еще принимать участие в этих их ролевых играх. Петров сам не заметил, как оказался у калитки, а потом почти бежал по линии. Извращенцы чертовы… Петров поправил фуражку.

* * *

— Больше не вернется, – со смехом резюмировала Дарья.

— И никому ничего не расскажет, – добавил Томас Иванович.

— Бедный мальчик, – вздохнула Дарья.

В ночной тишине запел соловей.

— Потанцуем? – вдруг предложил Томас Иванович.

— Без музыки? – Дарья удивленно посмотрела на него.

— Да.

— Ну ладно… – Дарья пожала плечами.

Она подошла к де Торквемаде, тот взял ее за руку, другую руку положил ей на талию. Дарья положила руку ему на плечо. Соловей завел странную трель. Они двигались под воображаемую мелодию. Томас Иванович наклонил голову и прошептал.

— Дария, я очень близок к тому, чтобы сделать тебе одно предложение.

— Какое? – спросила она, и они оба сделали ловкий разворот почти у самых перилл веранды.

— Ты не сможешь его не принять, а наш общий знакомый Гермес придет от него в ярость.

— Кажется, я догадываюсь, о чем речь, – ответила Салтыкова.

— И что ты думаешь?

Дарья крутанулась в его руках, а когда остановилась, де Торквемада прижал ее к себе, уже не вежливо, уже не танцуя. Соловей замолчал.

— Ну так что? – спросил он.

— Предлагаете обменять все пять тысяч лет моего служения Гермесу за одну ночь с вами, господин де Торквемада?

— Ну, скажем, не все пять тысяч – на это Гермес не согласится, но тысячи четыре, я думаю, мне удастся забрать себе. Ну так что?