Книга Няня для босса, или Папа строгого режима, страница 5 – Алекс Скай

— Роман Андреевич, — сказала Инга Павловна, — Вера Соколова прибыла на собеседование с опозданием и без согласования вмешалась в завтрак детей.

Прекрасно. Краткое содержание моей гибели.

Роман Ветров посмотрел на меня.

Не сверху вниз, хотя мог бы. Просто прямо. Взвешивая. Оценивая. Упаковывая в одну из своих внутренних папок с названием “неподходящие”.

— Вера Соколова, — произнёс он.

— Да.

— Вы опоздали.

— На восемь минут.

— Опоздание не становится меньше от точности.

— Зато честнее.

Инга Павловна напряглась.

Марк тихо сказал:

— Началось.

Ася шепнула:

— Она смелая.

Роман перевёл взгляд на детей.

— Почему вы не за столом?

— Я ела! — быстро сказала Ася, демонстрируя ложку. — Господина Строгоносова.

Роман посмотрел на тарелку, которую было видно через открытую дверь кухни.

— Кого?

Марк поднял телефон чуть выше.

— Кашу. Теперь она с личностью.

— Марк, телефон.

Мальчик нехотя убрал его в карман.

Роман снова посмотрел на меня.

— Вы дали каше имя?

— Не совсем. Я помогла ей обрести публичный образ.

— Овсянке.

— У каждого бренда сложный старт.

На лице Романа ничего не изменилось. Совсем. Но где-то в глубине его взгляда, кажется, одна маленькая строгая шестерёнка пропустила движение.

— Инга Павловна, дети должны закончить завтрак, — сказал он.

— Разумеется.

— Марк, телефон после завтрака отдашь мне.

— Но…

— Марк.

— Это несправедливо. Я снимал исторический материал.

— Именно поэтому.

Марк надулся, но спорить не стал. Ася показала мне из-за спины Инги Павловны большой палец и вернулась к столу.

Я осталась в холле перед Романом Ветровым, с мокрым подолом, без собаки, зато с ощущением, что собеседование уже состоялось, и по его итогам меня внесли в список угроз домашней системе безопасности.

— Пройдёмте, — сказал он.

Не “пожалуйста”.

Просто направление.

Я пошла за ним в малую гостиную. Она, конечно, тоже была безупречна. Светлая мебель, низкий стол, огромные окна, книжные полки, на которых книги стояли так ровно, будто боялись быть прочитанными.

Роман сел в кресло.

Мне указал на диван напротив.

Я села, положила папку на колени и внезапно почувствовала себя школьницей у директора. Не потому, что он пытался меня подавить. А потому, что весь этот дом будто был построен из слова “нельзя”.

— Ваше резюме, — сказал он.

Я протянула папку.

Он открыл, быстро просмотрел. Слишком быстро, как человек, который умеет выхватывать главное и не тратить время на украшения.

— Педагогическое образование, опыт работы с детьми, семейное сопровождение, организация детских мероприятий, рекомендации. Почему вы ищете работу няней на полный день?

— Потому что мне нужна стабильная работа, а вашим детям, судя по завтраку, нужен человек, который не боится овсянки.

— Моим детям нужен порядок.

— У них уже есть порядок.

— И вы считаете это проблемой?

Я посмотрела на него.

Можно было ответить осторожно. Сказать что-нибудь мягкое про индивидуальный подход, возрастные особенности, эмоциональный климат и важность бережной адаптации. У меня даже были такие фразы в голове. Они выглядели прилично и, возможно, давали шанс уйти отсюда с остатками профессиональной репутации.

Но я вспомнила Асю, которая объявляла бунт грустной каше. Марка, снимавшего революцию, потому что в доме, кажется, не так много происходило. И этот холл, где не было ни одной случайной детской вещи.