Книга Няня для босса, или Папа строгого режима, страница 41 – Алекс Скай

На следующее утро Лидия Аркадьевна появилась на экране с улыбкой женщины, которая за ночь успела превратить моё нежелание быть табличкой в пункт презентации “вероятные возражения”. На этот раз в звонке участвовали не только PR и совет, но и представитель партнёров по “Северному кварталу” — мужчина по фамилии Кротов, с деловым лицом и взглядом, который делал вид, что случайно оказался в семейной теме, хотя на самом деле считал всё до последнего репутационного процента.

— Роман Андреевич, — начала Лидия, — после вчерашней публикации тональность в сети заметно улучшилась. Партнёры это видят. Благотворительное мероприятие фонда школы — идеальная возможность закрепить образ ответственного отца без прямой коммерческой подачи.

— Дети не участвуют в коммерческой подаче, — сказал Роман.

— Конечно. Речь о социальной повестке.

Я сидела сбоку от ноутбука и думала, что “социальная повестка” иногда звучит как праздничное название для той же самой витрины.

— Мероприятие школьное? — спросила я.

Лидия посмотрела на меня.

— Фонд школы собирает средства на новую творческую площадку. Будут родители, педагоги, партнёры, локальные СМИ.

— То есть журналисты будут.

— Несколько.

— А зачем там я?

— Потому что дети к вам привязаны, — сказала Лидия. — На видео это считывается. Если вы будете рядом, атмосфера станет естественнее.

— Естественность по плану — моя любимая корпоративная сказка.

Кротов чуть усмехнулся. Лидия — нет.

— Вера, никто не просит вас играть роль. Вы просто сопровождаете детей.

— Тогда уберите меня из публичной части. Я могу быть рядом с Асей и Марком вне кадра.

— Но именно ваше взаимодействие с Романом Андреевичем создаёт тот самый эффект.

— Эффект чего?

Лидия сделала паузу, выбирая слово.

— Семейности.

Я посмотрела на Романа.

Он молчал, но взгляд стал тяжёлым. Не на меня. На экран.

— У меня есть условия, — сказала я.

Лидия тут же оживилась:

— Конечно, давайте обсудим.

— Первое: я не семейный консультант, не сопровождающая и не представительница образа. Я няня детей на испытательном сроке.

Кротов кашлянул, пряча улыбку.

— Второе: детей никто не просит позировать, отвечать на вопросы или изображать счастливую открытку. Если Ася устанет, мы уходим в сторону. Если Марк не хочет фото, его не снимают.

Роман кивнул.

— Третье: меня не представляют как часть семьи.

На этом месте Лидия впервые нахмурилась.

— Но если журналисты спросят…

— Ответ простой: я работаю с детьми.

— Это звучит сухо.

— Зато честно.

Роман сказал:

— Условия принимаются.

Лидия повернулась к нему.

— Роман Андреевич, мы рискуем потерять силу момента.

— Лучше потерять силу момента, чем доверие детей.

Я очень старалась не смотреть на него слишком долго.

Не получилось.

Потому что фраза была хорошей. Слишком хорошей для мужчины, который ещё недавно видел в школьном конкурсе угрозу расписанию. И произнёс он её не для меня. Не чтобы впечатлить. Просто потому что уже понял.

Вот именно такие моменты и опасны. Не красивые костюмы. Не властные взгляды. Не голоса, которыми мужчины могут остановить совещание. Опасно, когда человек начинает меняться не на словах, а в правильную сторону.

Мероприятие проходило в субботу в большом городском центре с высокими окнами, детскими рисунками на стендах, столами с поделками и баннерами фонда. Всё было нарядно, шумно и слегка хаотично — то есть максимально далеко от дома Ветровых в обычном состоянии.