Книга Хозяйка каланчи, страница 89 – Адель Хайд

«Он бы помог», — подумала я, и снова удивилась, откуда такая ненависть? Вроде бы он не сильно пострадал... Единственное, что приходило в голову, что неспроста он в таких «модных» очках, возможно, что они скрывают потерю зрения.

Как-то я за всеми событиями не удосужилась поинтересоваться более подробно, что же были за последствия для наследника и почему это так серьёзно повлияло на статус рода Пожарских.

Когда я встречалась с императором, который лично признал моё магическое совершеннолетие, я не почувствовала от него никакой злости или других отрицательных эмоций. Мне показалось, что он, наоборот, был заинтересован в том, чтобы род начал возрождаться.

Ведь не действовал же он просто под воздействием настроения?

Я стояла, не собираясь уходить. Размышляла о том, что должна же быть какая-то у императора канцелярия, куда можно подать запрос, или попросить возможности ещё одной аудиенции?

Алабины тоже не собирались уходить.

— Дарья Николаевна, — снова произнёс глава рода Алабиных. — Позвольте спросить, чего вы ждёте? Или, может быть, кого?

— Алексей Иванович, я вас тоже не задерживаю, — сказала я, решив, что, если Алабины себе наглости разные позволяют, то и мне стесняться нечего, я тут тоже не «мимо проходила», а целая глава рода, хоть и маленького.

У Алабина даже лицо вытянулось.

А мне стало весело.

Но он быстро нашёлся и спросил:

— Дарья Николаевна, вы видели приказ императора?

— Видела.

— Так его надо выполнять, госпожа Пожарская.

— Вам надо вы и выполняйте, — отрезала я.

И Алабин в какой-то момент стал похож на сома, вытащенного на берег. Только такого, обесцвеченного.

— Это не детские игры, — сказал Алабин, придя в себя.

— Алексей Иванович, так в этом приказе не написано, когда он вступает в силу. А мне, для того чтобы прояснить некоторые нюансы, необходимо встретиться с его императорским величеством.

Если честно, мне было страшно, но, видимо, именно в такие моменты наш мозг активизируется.

«Главное, чтобы магия не активизировалась», — подумала я.

Но у меня не было ощущения, что магия живёт отдельно от меня. С тех пор как я приняла источник, я абсолютно полностью управляла своей магией.

Конечно, законов я до конца и не знала, и говорила совершенно наобум. Но, судя по всему, попала в яблочко. Потому что лицо Алабина-старшего вдруг стало постным. Такое бывает с людьми, когда им нечего ответить.

Совершенно случайно я нашла ту лазейку, которая сейчас предоставляла мне возможность не бежать сломя голову, выполняя приказ императора.

В приказе было ограничено время действия, но, когда он должен был вступить в это действие, написано не было.

И мне почему-то даже показалось, что, возможно, эту лазейку мне оставил император, который по какой-то причине не смог отказать Алабину.

* * *

Чуть позже. Жилое крыло Императорского дворца.

— Отец, я сегодня во дворце встретил Пожарских, — сказал цесаревич Александр.

Император, который сидел за столом в своём небольшом кабинете, куда могли заходить лишь самые близкие, и, где он мог позволить себе сидеть в халате, ответил:

— Я вызывал во дворец новую главу рода Пожарских.

Наследник императора удивлённо приподнял бровь, вспоминая испуганную, не очень молодую женщину и девочку лет четырнадцати с очень взрослым взглядом.