Книга Княжич темного времени, страница 45 – Фиона Сталь, Саша Хэ

— Лучники! — я повернулся к холму, где Савелий отчаянно махал рукой. Стрелы кончились. — Перебросить к щитам! Врукопашную!

Лучники, бледные, но решительные, схватили ножи и короткие топорики, спускаясь к частоколу. Их место на холме занял… Гордей. Его «Летучий отряд» был измотан, один всадник остался лежать в степи, но сам воевода, весь в крови — чужой и своей — вел оставшихся троих в новую вылазку.

— ГОРДЕЙ! ФЛАНГ! ИХ ЗАСАДА У КАМНЕЙ! — я указал на группу кочевников, пытавшихся скрытно обойти наш левый фланг по мелководью. — РУБИ ИХ!

— Вижу, княжич! — его хриплый бас ревел сквозь гам. — За мной, орлы! Покажем шакалам, где раки зимуют! — И он повел своих жалких кляч и измотанных бойцов в еще один безумный рывок, как оса, жалящая в бок огромного зверя.

Рядом со мной Алра дышала, как загнанный зверь. Ее глаза, то вспыхивая фиолетовым, то тускнея до янтаря, были прикованы не к полю боя, а к точке где-то в тылу, где Марена вела свою невидимую войну с шаманом. Напряжение сквозило в каждом мускуле ее хрупкого тела.

— Шаман… сильный… — прошипела она, схватившись за перила вышки.— Он давит… на твою старую… Женщину в черном… Круг ее… трещит… как лед!

Я сжал кулаки. Я почти забыл про невидимую битву. А от нее зависело все. Если шаман сломит Марену… Что тогда? Мор? Паника? Распад нашей хлипкой обороны?

— Помоги ей! — вырвалось у меня. — Чем можешь!

Алра резко повернула ко мне голову, ее золотистые глаза пылали.

— Помочь? Я… слаба! Земля далеко! Камни… вода… они не слушают! — Она схватилась за голову, будто от боли. Потом ее взгляд упал на берег реки, на крутой, глинистый откос прямо за нашим правым флангом, где еще не было боя. И в них вспыхнуло страшное решение. — Но… но там… — Она указала на откос. — Там земля готова падать… Шаман… он сосредоточен на ведьме… не видит…

Не дожидаясь моего ответа, она упала на колени прямо на дощатый настил вышки. Вонзила пальцы в щели между досками, будто пытаясь достать до земли сквозь дерево. Золотисто-фиолетовый свет залил ее лицо, такой яркий, что ослепил на миг. Из ее горла вырвался низкий, гортанный стон, полный нечеловеческого усилия. Свет пробился сквозь доски, ударив в землю внизу.

И там… начало твориться нечто. Грунт на крутом откосе зашевелился. Забулькал. Потом — с грохотом, заглушившим на мгновение шум битвы, огромный пласт глины и камня оторвался и рухнул вниз! Прямо на голову отряду кочевников, как раз пытавшемуся перейти реку вброд в этом месте! Камнепад погреб под собой десятки всадников и коней, подняв тучи пыли и водяные брызги. Хаос! Паника охватила правый фланг наступающих. Они отхлынули, давя друг друга.

— Да! — выдохнул я, видя, как давление на наш правый фланг ослабло. Алра рухнула на настил, обессиленная, кровь текла из носа, но в ее глазах светилась дикая, торжествующая ярость. Она сделала это! Ценой чудовищных усилий.

Но перед частоколом, в центре, кочевники, яростно ведомые каким-то вожаком в рогатом шлеме, снова напирали. Щиты Кузьмы трещали. Люди устали. Видно было, как дрожат руки копейщиков. Страх начал брать верх над яростью. Нужен был перелом. Сейчас.

Адреналин ударил в виски. Холодная сталь расчета слилась с яростным инстинктом «его» тела, Яромира, которое помнило рубку, помнило вкус боя. Рука сама сжала рукоять меча.