Книга Пленница жестокого Севера, страница 33 – Анна Рейнс

Слова ощущаются как пощечина. У меня даже голова слегка кружится от негодования. Незаконнорожденная. И это он мне смеет ставить в упрек? Снова ставит на меня клеймо распутницы, даже не попытавшись ничего выяснить.

— Моя дочь зачата в законном браке, — резко цежу я, сжимая рукоятку столового ножа.

— Вот как, — цепкий взгляд Айварса впивается в мое лицо. — Тогда как ты могла не знать имя рода? Если оно перешло тебе от мужа.

В голове громко звенит сирена. И как я могла так глупо попасться? Поддалась эмоциям настолько, что забыла об осторожности. Снова беру в руки кубок и делаю сразу несколько глотков, пытаясь выиграть время.

Мысли мечутся в голове, и среди них нет ни одного достойного ответа. Начну врать — Айварс сразу это почувствует. Тут либо безопасную правду говорить, чувствуя себя на очень тонком льду. Либо пытаться сменить тему.

— Наш договор оформлен по всем правилам, — говорю я. — Вы сами сказали. А моя личная жизнь вас не касается.

— Ты замужем? И скрываешься от мужа? — его голос звучит слишком требовательно.

— Вы всех целителей приглашаете на такие задушевные беседы? — с вызовом отвечаю я. Пусть лучше думает, что я замужем, чем продолжает проявлять этот нездоровый интерес. В конце концов, у меня сила бога-покровителя Запада. Можно подумать, что я сбежала именно оттуда и действительно прячусь в Норхаделе.

— Честно говоря, ты первая, — пауза. — Подумай о моем предложении. Я много могу тебе дать в обмен на верную службу. Деньги. Защиту.

— Боюсь, что меня оно не интересует, — отвечаю без малейших колебаний.

— Очень жаль, — Айварс склоняет голову набок, словно что-то прикидывая. Смотрит на меня не отрываясь. А я понимаю, что под этим взглядом мне и кусок в горло не полезет. Все мое тело напряжено, мысли свалены в кучу.

С Фьором я смогла взять себя в руки. А здесь… не получается. Владыка намного опаснее. С ним не хочется договариваться. Хочется только одного — бежать.

— Спасибо за ужин, — под его тяжелым взглядом я поднимаюсь из-за стола, оставив тарелку нетронутой. Ужасное неуважение. Но я якобы деревенская — было бы странно, если бы знала этикет. Иду к двери. Открываю.

В проеме ожидаемо стоит страж. Смотрит не на меня — куда-то за мою спину. Ждет приказ. Одно слово Владыки — и меня силой усадят обратно. Но он, кажется, дает добро меня увести.

Возвращаюсь в покои, ощущая, как внутри все мелко трясется от волнения. Голова шумит. Тайла ждет меня чуть ли не под дверью — со служанкой ей явно было не так интересно, как с Ингой.

По комнате словно торнадо пронесся. Кажется, дочь крушила все подряд, пока девушка пыталась прибраться. Знакомая картина. В хижине было проще — мы с Тайлой много времени проводили на улице, и она уставала. В четырех стенах, без игрушек и развлечений сложно.

Благодарю служанку, что извиняюще мне улыбается, отпускаю ее. Пытаюсь сама привести комнату в порядок.

— Мама, смотри! У меня получилось! — Тайла показывает мне раскрытую ладонь, на которой сидит магическая бабочка. Точно такая же, как Инга делала. У меня сердце вниз падает.

— Тайла, ты моя умничка, — онемевшими губами хвалю дочь. — Ты же никому это не показывала?

— Нет. Я увидела, как Инга делала…

— Ты у меня такая умница, — присаживаюсь перед ней на корточки и целую в лоб. С трудом удерживаю себя от того, чтобы не накрыть бабочку ладонью, развеивая магию. — Пожалуйста, помни, что никто не должен знать, что ты такое умеешь. Никто, кроме мамы. Обещаешь?