Книга Пленница жестокого Севера, страница 32 – Анна Рейнс

Осмотр не занимает много времени. Ожидаю, что вновь поведут к Владыке с докладом, но этого не происходит. Возвращают в комнату, где я провожу с Тайлой весь день.

А вечером приходит приглашение. От Айварса. В котором он приглашает разделить с ним ужин. Ну, как… приглашает. Приказывает.

Смотрю на служанку, что разглядывает меня голубыми глазами с затаенной опаской. Не знаю, что предпринять. Владыкам не отказывают. Но прямо сейчас у меня возникает огромное желание это сделать.

Ужин в компании Айварса и его немощной жены — что может быть “прекраснее”? Вот только я ошибаюсь. Он ждет меня один. В небольшой столовой, где мы уже обедали однажды, незадолго до нашей свадьбы.

Тогда нас было трое: я, мой будущий муж и отец. Я краснела, бледнела, волновалась и двух слов связать не могла. Все никак не могла поверить, что Владыка меня выбрал. Пытаюсь задвинуть воспоминания подальше, но они все равно всплывают в голове яркими вспышками. Будто только вчера это было.

Злюсь. Чувствую себя не в своей тарелке.

С того момента здесь почти ничего не поменялось. Это помещение — не столовая даже. Личная гостиная. Здесь все пропитано Айварсом — от тяжелых, темно-коричневых штор до лежащей на полу белой шкуры дикого зверя. В камине трещит огонь. Помимо него только свечи, стоящие на столе, разгоняют мрак. На стенах пляшут призраки прошлого.

Одна из дверей ведет в его спальню. Я стараюсь на нее не смотреть, но темный прямоугольник маячит на краю области зрения, нервируя меня.

Владыка уже ждет. Лично помогает сесть, после чего занимает место напротив. Слуги накладывают еду, наливают горячий медовый напиток в кубок, после чего уходят. Я как-то слишком остро ощущаю, что мы остались наедине.

— Зачем я здесь? — спрашиваю, едва за моей спиной хлопает дверь.

— Мне передали вести о здоровье Фреи. Я хотел лично поблагодарить тебя. И обсудить перспективы.

— Перспективы? — я недоуменно хмурюсь, разглядывая вазу с фруктами, стоящую между нами. Наверно, перспективы выздоровления имеет в виду. — Пока рано что-либо говорить. Я только сегодня начала готовить отвар от тьмы.

— Поговорим о делах позднее. Поешь, — стальным голосом говорит он. Сам, к слову, к еде не притрагивается.

— Честно говоря, я предпочитаю есть в компании дочери, — поднимаю на него прямой взгляд. Синие глаза смотрят внимательно, оценивающе, и мне не по себе от этого взгляда. Тут же ругаю себя. Нельзя показывать страх. Нужно быть сильной. Ради себя и дочери. Выпрямляю и без того ровную спину. Плечи расправляю. Смотрю в ответ.

— Хорошо. Я учту это. На будущее.

— Какое будущее? — склоняю голову набок. Ищу хоть малейший намек на то, что у него в голове. Но выражение его лица остается нечитаемым.

— Пожалуй, это я и хотел спросить. Каким ты видишь свое будущее?

Подальше от тебя, Владыка.

— Почему вы спрашиваете? — я отпиваю глоток из кубка, и медовый отвар обжигает горло. Остается во рту приторной сладостью и специями. Никогда его не любила.

— Возможно, мне есть что тебе предложить. У тебя редкий и ценный дар. Тебе не место в лесной хижине.

От его слов я вся напрягаюсь. Пытаюсь свести разговор в шутку. Натянуто улыбаюсь онемевшими губами и отвечаю:

— Ну вот разбогатею за ваш счет и перееду в место поприличнее.

— Ты можешь остаться в замке. Целителем. Это… почетное место. Твоя дочь получит достойную жизнь. Образование. Когда наступит пора выдавать ее замуж, никто и не посмотрит, что она незаконнорожденная.