Книга Шесть дней в Бомбее, страница 99 – Алка Джоши

Я не была уверена, что это именно та Петра, но семья Миры вращалась в высших кругах, так что, вероятнее всего, семью Хитциг они должны были знать.

— Да, – кивнула я, стараясь вложить в ответ побольше уверенности.

Пибоди осушил чашку и отставил ее в сторону.

— Попрошу Регину дать вам их адрес. Думаю, это по другую сторону Карлова моста. Они будут просто убиты новостью. Новаки уехали несколько лет назад. После войны евреи все время настороже, и их можно понять. Я вовсе не виню Новаков за отъезд. Однако Хитциг не беспокоится. Он с немцами на дружеской ноге. К тому же ему нужно управлять компанией. – Пибоди стукнул ладонями по столу. – У вас есть где остановиться?

Он переменил тему так же резко, как делала Мира. И я не сразу поняла, о чем он спрашивает.

— Нет.

— Попрошу Регину дать вам список отелей. Ваши проездные документы?

— Доктор Стоддард – отец мистера Стоддарда – обо всем позаботился еще в Бомбее.

Как ни горько было это признавать, мне довольно просто удалось получить британский паспорт благодаря тому, что мой отец был гражданином Британии. Конечно, и связи доктора Стоддарда помогли.

— Бомбей… Никогда там не был. Не выношу жару. У меня от нее крапивница. Но индийские солдаты… Крепкие парни! Если снова начнется война, они нам очень помогут. Ну вот и все. – Пибоди встал и протянул мне руку. – Знаете, а вы не… Ваша фамилия…

Я ждала, когда он закончит. Он наверняка хотел отметить, что внешность у меня как у человека смешанного происхождения. Однако после встречи с двуличной Агнес я поняла, что не стоит сразу бросаться откровенничать.

— Впрочем, это не мое дело. Приношу свои извинения, мисс.

Я пожала протянутую руку и поблагодарила его.

— Ой, подождите, мисс Фальстафф. Тут вам письмо.

Моя дорогая сестра Фальстафф!

Понравилась ли вам поездка в Восточном экспрессе? Всегда говорю, если уж собираешься путешествовать, не экономь. Неплохо там кормят, правда? Мне лично нравится их утка с апельсинами.

Расскажите, как вы справляетесь одна. Знаете, в трудную минуту вы всегда можете продать свитер и выручить за него неплохие деньги. Я слышал, мохер сейчас в моде. Моей жене мои свитера очень нравились, правда, она всем говорила, что сама их связала. Я жутко злился.

Что до меня, я общаюсь со старыми друзьями, которые в итоге тоже осели в Стамбуле. Играем в бридж. Иногда в джин-рамми. Безик. Я лично люблю пинокль, но из-за немцев играть в него больше не весело. Вас рядом нет, поэтому я, конечно, жульничаю. Когда никто за тобой не приглядывает, плохие привычки быстро возвращаются. Так что с карманными деньгами у меня проблем нет. Эдварду это, конечно, не нравится. Кстати, он передает вам привет. По-моему, вы его просто покорили. Впрочем, я старый дурак и ничего не понимаю в чувствах, не слушайте меня, дорогая.

Обязательно попробуйте в Праге говяжью вырезку под сливочным соусом. (Да скажите, чтобы не жалели подливы!) А если захочется приключений, всегда есть вепрево колено.

Надеюсь, к тому моменту, как вы доберетесь до Парижа, у вас уже будут хорошие новости. Всего вам хорошего, дорогая девочка!

Искренне ваш,

Ральф Стоддард

Письмо я прочла, спустившись в фойе посольства. И под конец у меня уже дрожали ноги. Я плюхнулась на стул. Как рассказать доктору Стоддарду, что за первую поездку на поезде по Европе я потеряла половину своих накоплений? Он подумает, что я беспечная или, хуже того, глупая. Разочарованно покачает головой. Или посмеется в своей непринужденной манере. «Сестра Фальстафф, а я и не подозревал, что вас так легко одурачить!»