Книга Цвет из иных времен, страница 206 – Майкл Ши

— Что же. Конечно, дорогуша.

Забавно было обращаться к ней со старческим «дорогуша». Макси имела право – Ди была моложе лет на пятнадцать, и глаза ее, добрые и в то же время жесткие, нравились Макси. В голову пришла мысль, что в этом же возрасте Джек и ушел.

За столом Леон сел рядом с Макси, и пока Ди доставала книги из своего рюкзачка, Макси спросила его:

— На что уставился?

— Ни слова не скажу, пока не выслушаешь ее и не пройдешь все изменения.

Макси не стала отвечать колкостью – его саркастическая убежденность резко напомнила об увиденном Верой в два часа ночи в Панхэндле. Вера не страдала галлюцинациями. Холодная, пушистая дрожь плавно пробежала по спине, пробуждая воспоминания о белых клочьях морской пены без явного источника, разлетающихся на ветру.

— Начну без лишних слов, – произнесла Ди. – Пожалуйста, выслушай меня. А потом я расскажу тебе то, что видела собственными глазами.

И она начала читать потрепанную серую книгу.

— «Нашу маленькую землю осаждают Титаны. Великие Древние плавают в бесконечном пространстве и времени, словно кракены в морских глубинах. Раз за разом они находят нас – в мирах, что были прежде, в мирах, которым еще предстоит появиться, – находят всегда и везде, находили и продолжат находить, без устали, но сейчас, в глубинах космоса, по которым они странствуют, приоткрылось окно света и красок, и оно манит их к себе. Подобно витражу в вышине, проход дразнит титанов вспышкой радужного сияния. Окно это ведет в наш двадцать первый век.

Ибо сейчас, в наш век, Королева городов, омываемая морями, жемчужина среди мегаполисов, увенчанная башнями, опоясанная могучими мостами, облаченная в роскошную, каменную архитектуру – именно Сан-Франциско притягивает замшелые, мегалитические взоры титанов, плывущих по течению космического бентоса.

К Сан-Франциско, сюда стремятся сейчас они! Сюда плывут, влекомые сияющим окном в наш мир.

Великий Ктулху, могущественнейший из Великих Древних, уже среди нас. Он завладевает нашими душами, подчиняет нашу волю. Легионы приспешников, его набожных Ганимедов, наводнили залы наших корпораций, правительств, церквей.

Проник к нам и Дагон. Использует он нас честнее – поглощает нашу плоть. Его донные зомби стекаются к берегам, дабы пожинать наши тела по ночам, покамест в открытом море он своими гигантскими руками хватает крупнейшие из суден и разрывает их на кусочки ради экипажной мякоти.

Проник к нам и Тсатоггуа».

Тут Леон прервал Ди, положив ей руку на плечо. Он наклонился к Макси и повторил:

— Тсатоггуа. Вот с кем можешь увидеться там, где я показал. Сегодня же. Тогда и поймешь, какого хрена происходит!

В сумерках Морин пробиралась по листве парка «Золотые ворота». То прыгала, то таилась, проносилась сквозь густые заросли, плавно пружиня, кралась по открытой местности – а еще замирала, хватала и поглощала все, что встречалось на пути. Она съела бегунью – маленькую, проворную женщину в черном спандексе. Запустив гибкий язык, стащила брыкающегося полицейского с мотоцикла и втянула в себя.

Затем продолжила поиски водоема. Тело чувствовало воду вокруг. Каждая бородавка на огромном теле (размером теперь оно стало с «Фольксваген-Битл») чуяла всякую отдельную молекулу воды в радиусе нескольких миль. К западу, разумеется, пенился у берега могучий Тихий океан, но в его бурных водах ее нежной икре не место.