Книга История "не"скромной синьоры, страница 161 – Юлия Зимина

Я выпрямился, сбрасывая руки стражей, и посмотрел на хозяина этого дома.

Узнавание ударило молнией. Все детали головоломки мгновенно встали на свои места.

— Так и думал, что это ты! — рыкнул я, не в силах сдержать вырвавшейся наружу ненависти.

Передо мной сидел главный советник императора. Родной брат самой императрицы. Человек, чьё слово при дворе имело вес закона.

— Дерьма кусок! — выплюнул я ему в лицо.

Советник брезгливо скривился, словно услышал нечто невыносимо вульгарное.

— Как грубо, — холодно протянул он, небрежно взмахнув рукой.

Этот знак предназначался страже. В ту же секунду я получил сокрушительный, болезненный удар под дых. Кулак врезался в мой живот с такой силой, что я согнулся пополам. Воздух выбило из лёгких. Я рухнул на одно колено, задыхаясь и жадно глотая ртом воздух, пытаясь справиться со спазмом.

— Ты в моём доме, — менторским, высокомерным тоном произнёс советник, глядя на меня сверху вниз. — Будь любезен оставить свои грязные выражения при себе. Здесь тебе не казарма.

В библиотеке повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь моим хриплым, прерывистым дыханием. Я упёрся руками в ковёр, заставляя лёгкие снова работать. Боль расходилась горячими кругами, но я не собирался доставлять этому ублюдку удовольствие видеть меня сломленным.

— Где Лила? — прохрипел я, поднимая на него глаза, полные ледяной ярости.

Советник откинулся на спинку резного кресла и усмехнулся. В его глазах не было ни капли раскаяния.

— Надо же. Не даёт тебе покоя судьба девчонки, да? Какая трогательная привязанность к отродью почти простолюдинки.

— Чертежи зашифрованы! — выплюнул я, медленно, преодолевая боль, выпрямляясь и вставая на ноги.

Я знал, что делаю.

На лице главного советника появился хищный, звериный оскал. Было видно, что он в ярости. В неописуемой, всепоглощающей ярости, пусть изо всех сил и старался держать себя в руках, сохраняя маску надменного аристократа. На его столе лежал мой тубус, а рядом — расстеленные листы пергамента, испещрённые моими символами и формулами.

— Думаешь, — прошипел он, подавшись вперёд, и его голос задрожал от гнева, — не будь они зашифрованы, ты бы сейчас разговаривал со мной?! Твоё горло уже давно было бы перерезано, Валторн!

Я хрипло рассмеялся.

— Чёрта с два ты их разгадаешь без моей помощи! — бросил ему в лицо. — Каждая линия, каждая цифра — это шифр. Начнёшь собирать по этим рисункам — арбалет взорвётся в руках твоих же солдат. А я не стану тебе ничего объяснять, пока не увижу Лилу!

Советник гневно сжал тонкие губы. Его глаза сощурились, превратившись в две ледяные щёлочки, а ноздри начали хищно раздуваться. Моя наглость выводила его из себя.

— Приведите её! — наконец махнул он рукой стражам, стоявшим у меня за спиной. — Живее!

Один из громил тут же скрылся за дверью.

Советник перевёл свой испепеляющий взгляд на меня.

— А ты... — процедил он, и в его тоне зазвучала неприкрытая угроза. — Ты мне ответишь за каждую секунду своей наглости и дерзости! Будь уверен. Можешь даже не тянуть время. Все, кто пришёл с тобой к причалу, перебиты. Мои люди ждали их. Не надейся на спасение. Его не будет!

Лестр

Холодное лезвие кинжала впилось в кожу на моём горле. Но мне было плевать. Я стоял неподвижно, не сводя тяжёлого, испепеляющего взгляда с главного советника, вальяжно развалившегося в кресле, и ждал. Ждал только одного — Лилу.