Книга История "не"скромной синьоры, страница 164 – Юлия Зимина

И в этот самый момент произошло то, чего советник не мог предвидеть даже в самых страшных своих кошмарах.

Страж, рядом с которым стояла испуганная Лила, пришёл в движение. Ловким, отработанным до автоматизма жестом он перехватил девочку и завёл её себе за спину, надёжно укрывая своим широким телом. А затем точным, жёстким и невероятно быстрым ударом обрушил кулак в челюсть второго наёмника — того самого, которому я минутой ранее сломал нос.

Раздался глухой стук, и громила, закатив глаза, рухнул на ковёр как подкошенный, потеряв сознание.

— Какого... — захрипел советник, часто дыша и пуча глаза на разворачивающуюся перед ним сцену.

Мужчина в чёрном кожаном одеянии выпрямился, сбросив с себя напускную сутулость.

— Лорд! — он почтительно склонил голову. А затем одним резким движением сдёрнул с лица скрывающую облик повязку и откинул глубокий капюшон.

— Какого?! — взвизгнул советник так, что едва не сорвал голос.

Он уставился на мужчину, не веря своим глазам. На него смотрел не его наёмник. На него смотрел командующий моей гвардии. Корн.

В глазах верного стража плясали опасные, насмешливые искры. Он стряхнул с рукава невидимую пылинку и посмотрел на меня.

— Не сильно я вас... ударил? — спросил Корн виновато, потирая костяшки пальцев.

— Ничего, — буркнул я, вспоминая ту ослепительную боль в животе и сбитое дыхание, когда он, исполняя роль безжалостного конвоира, врезал мне под дых. — Жить буду. Всё должно было выглядеть правдоподобно. Иначе эта крыса бы нам не поверила.

До советника начал доходить весь ужас его положения. Мы обвели его вокруг пальца в собственном доме.

— Вы... вы... — засипел он, пытаясь дернуться.

Я грубо, с силой встряхнул его, вдавливая в спинку кресла и заставляя зашипеть от боли.

— Пасть закрой! — рявкнул я на него. — Ещё один звук, и проткну тебе глотку.

Корн тем временем обернулся к Лиле. Девочка стояла, прижимая руки к груди, её глаза были полны слёз, но в них уже читалось узнавание. Она поняла, что этого громилу бояться не стоит. Он свой.

Корн осторожно отыскал руку Лилы и мягко притянул её к себе поближе. Лила послушно шагнула к нему, ища защиты.

— Ты как? — спросил он у неё совсем другим, тихим и обеспокоенным голосом, склонившись к её лицу. — Всё нормально? Ничего не бойся.

Лила часто-часто закивала, шмыгнув носом, и смахнула слезу.

— Иди к лорду, — скомандовал Корн, подталкивая её в мою сторону. — А я пока сигнал нашим подам.

Он развернулся и направился к высоким, зашторенным окнам библиотеки.

— Каким вашим? — нервно усмехнулся советник, пытаясь изобразить превосходство, но тут же зашипел от боли, так как острие ручки вошло под кожу ещё глубже. — Их всех перебили на причале! Мои люди уничтожили твой отряд!

Корн остановился у окна и одним рывком раздвинул тяжёлые бархатные портьеры.

— Ну-ну, — усмехнулся он, распахнув оконные створки настежь и впуская в душную комнату холодный утренний воздух. — Тешь себя иллюзиями!

Корн сунул руку во внутренний карман своей фальшивой униформы и выудил оттуда небольшой металлический цилиндр.

Щелчок.

В открытое окно вылетела сигнальная ракетница.

Она с пронзительным свистом взмыла ввысь и в предрассветных сумерках яркими, ослепительно-красными брызгами рассыпалась по серому небу.

Это был сигнал. Сигнал к нападению для тайной стражи Авеля и гвардейцев князя Лерея, которые всё это время ждали в тенях, окружая поместье плотным, смертоносным кольцом.