Книга История "не"скромной синьоры, страница 160 – Юлия Зимина

Я заставил себя открыть глаза. Мир перед взором поплыл, но вскоре сфокусировался. Ржавые железные прутья. Каменные стены. Камера. В коридоре по ту сторону решётки тускло чадили факелы, отбрасывая на пол пляшущие тени.

Стиснув зубы, я попытался сесть, невольно морщась и пережидая острый приступ головокружения.

— Очухался? — раздался сверху грубый, скрипучий голос.

Я вскинул взгляд. По ту сторону решётки стоял грузный, широкоплечий мужчина, облачённый в тёмные кожаные одежды. На его голове был накинут глубокий капюшон, а нижнюю половину лица скрывала чёрная тканевая повязка. Настоящий стервятник, прячущий свой облик.

— Быстро ты, — хмыкнул страж, заметив, что мой взгляд стал осмысленным. — Вставай! И без резких движений! Понял?!

Я глубоко вдохнул спёртый воздух, борясь с раскалывающейся от боли головой и, опираясь руками о холодный камень стены, медленно поднялся на ноги. Тело слушалось с трудом, но я выпрямился, глядя на тюремщика в упор.

— К стене отойди! — рыкнул мужчина в повязке, доставая связку ключей.

Я даже не пошевелился. Смерил его презрительным взглядом.

— Такой большой, а такой пугливый, — усмехнулся я, и мой голос, несмотря на сухость в горле, прозвучал насмешливо и холодно.

Глаза громилы над чёрной повязкой сузились от ярости.

— Рот закрой! — гаркнул он.

Железный замок лязгнул, дверь камеры со скрипом распахнулась. Мужчина рванулся ко мне с грацией разъярённого медведя. Миг — и его огромная ручища мёртвой хваткой вцепилась в ворот моей куртки, а к кадыку прижалось холодное острие кинжала.

Я не дрогнул. Лишь слегка вздёрнул подбородок, не позволяя лезвию пустить кровь, и продолжал смотреть на него с прежним равнодушием.

— Долго ты там? — возле железных прутьев возник ещё один силуэт. Это был второй страж, и его лицо тоже скрывала ткань. — Господин его ждёт!

Громила, удерживающий меня, грубо дернул за ворот, чуть не перерезав мне горло.

— Шагай давай! — гаркнул он.

Мы вышли из камеры.

Темница оказалась довольно обширной. Мы шли по тускло освещённому коридору, вдоль ряда глухих железных дверей с крошечными смотровыми окошками. Воздух здесь был пропитан смертью и безысходностью. Факелы на стенах бросали отсветы на покрытые многолетним мхом и сыростью камни. Каждое наше движение отдавалось гулким эхом под низкими сводами.

Меня потащили наверх. Витиеватая, крутая каменная лестница казалась бесконечной, но как только мы миновали тяжёлую дубовую дверь на её вершине, атмосфера резко изменилась.

Из промозглого, гниющего подземелья шагнули в царство неприкрытой роскоши.

Широкий коридор богатого поместья. На полу лежал толстый ковёр глубокого бордового цвета, поглощающий звук шагов. На стенах, обтянутых шёлком, висели картины в позолоченных рамах и дорогие хрустальные бра, заливающие пространство мягким, тёплым светом. Запах плесени сменился ароматом дорогого воска и благовоний. Контраст был настолько чудовищным, что вызывал тошноту. Владелец этого дома ходил по мягким коврам, зная, что прямо под его ногами в каменных клетках гниют люди.

Так и удерживая лезвие кинжала у моего горла, стражи привели меня к высоким двустворчатым дверям, вталкивая внутрь.

Это была поистине гигантская библиотека. Бесчисленные стеллажи из тёмного дерева, забитые фолиантами, уходили под самый потолок. В центре комнаты стоял внушительный буковый стол, за которым, в свете магических светильников, сидел человек.