Книга Конд Корви. Его Невозможное Величество, страница 66 – Татьяна Абалова

— Сделай так, чтобы все поверили, что ты заболела, и я смолчу о твоем позоре. Но уезжай сегодня же. Обещаешь?

— Да.

Жеребец Баркли попал в цветник. На его жгучую красоту и бархатистый голос клевали наивные девицы, с которыми он дивно проводил время. Не такого ли Жеребца ждала та, что пряталась в сарае? Розмари сурова. Никаких шансов пойманной на «горяченьком» девице остаться при дворе. Был или не был секс, ее не волнует. Из списка будущих королев провинившаяся вычеркивается. Интересно, сколько претенденток покинули дворец, сославшись на болезнь? Судя по тому, как столяр меняет замки в сарае, здесь должна лютовать эпидемия.

Шаги по ступеням и воцарившаяся тишина указали на то, что я вновь осталась одна. Надо было выбираться. Библиотека вовсе не то спокойное место, которое я искала.

Увиденная мною сцена заставила задуматься, не являются ли царящие во дворце нравы следствием половой распущенности самого короля? В воздухе так и витал запах секса и прелюбодеяния. Не потому ли леди Адель задумала женить брата, чтобы прекратить слишком вольные отношения Конда, служащие примером его подданным?

Там, где молодость и нет нравственных ограничений, всегда будут цвести разврат.

Я положила книгу на место, оправила юбки и, стараясь не шуметь, пошла к выходу.

Двору определенно требовалась крепкая метла. И первой, кого бы я, как будущая королева, постаралась вымести, была бы леди Розмари. Что бы ни говорил Конд, она развратила его, привязала к себе еще мальчишкой и завладела безграничной властью. Может карать и миловать людей по собственному усмотрению. Кто она такая, чтобы решать, достойна или нет та или иная девочка быть королевой? Или Розмари подыскивает ту, что будет век ей благодарна, и стареющая любовница сможет управлять ею, как марионеткой?

Но прежде всего следовало промыть мозги самому королю. Его ложная благодарность к любовнице, что «заменила» мать, а по сути сломала его, мешает ему стать полноценной личностью. Он не умеет любить. Берет то, что нравится, все еще оставаясь избалованным мальчишкой.

Добравшись без приключений до своей комнаты, я рухнула на кровать. День дал богатую пищу для ума. Осталось только пережить званный ужин.

Торжество начиналось глубокой ночью. Как выяснилось, я жила по привычному времени, где завтрак случался сразу после подъема, обед в середине дня, а ужин ближе к вечеру. Спасибо Конду, он постарался максимально приблизить здешний ритм жизни к тому, которому я следовала на Земле. Дворец же существовал в ином режиме: просыпался в полдень, тогда же и случался обед, а засыпал чуть ли не под утро. Легкий перекус, называемый чаепитием, когда собирались все невесты чисто женским коллективом, и плотный ужин, зачастую завершающийся танцами, остались вне поля моего зрения, поскольку происходили в противоположном крыле. Я действительно жила жизнью затворницы и, если бы не смена «слуги» и приглашение леди Розмари, никогда не узнала бы, что бал не единственное развлечение для толпы невест. Теперь было понятно, почему им не хотелось покидать дворец.

Одевала меня к ужину Юдит, и я полностью положилась на ее вкус, так как не знала модных течений Рогуверда.

— Не слишком ли огромное декольте? – с сомнением произнесла я и поспешила снять с себя украшения, не подходящие к платью, сшитому из тяжелого шелка и прозрачной органзы винного цвета. Золотая тесьма, украшенная изысканной вышивкой, крест на крест пересекала мою грудь, подчеркивая и ее округлую форму, и тонкую талию.