Книга Дар первой слабости, страница 24 – Лера Виннер

Сюзанна же тихо и низко засмеялась.

— Ооо, это было настоящей мистерией! Граф устроил целое большое собрание во дворе и объявил, что в замок вскоре приедет юная гостья, которой совсем не хочется здесь быть. Вы, вероятно, заметили, как мы относимся к нему?

Я кивнула, снимая своё платье, а потом ответила вслух:

— Да. Люди его любят.

— Вам, должно быть, сложно это понять, и кто вас за это осудит, — до меня донеслись тихие шаги, Сюзанна, не торопясь, расхаживала по комнате. — Но в роду Вэйнов принято сечь детей до крови за попытку отнестись к простым людям как к скоту. Так что уважение они впитывают с молоком матери.

Я усмехнулась, припоминая уважение, оказанное графом Вэйном мне позапрошлой ночью. К счастью, нас с Сюзанной разделяли стены, и видеть этого она не могла.

— Так вот, он предупредил нас, что Его Величество был против вашего пребывания в замке, — Сюзанна громко и выразительно вздохнула. — Насколько я поняла, король опасается, что вы станете сеять смуту и порочить доброе имя генерала. Но граф убедил его, что вы должна оставаться при нём. Так что, думаю, он найдёт способ развеселить вас.

Теперь мне захотелось рассмеяться.

Быстро смыв с себя пыль, я развернула новое платье и замерла, разглядывая его.

Оно было изумрудно-зелёным, под цвет моих глаз. Красивого, сдержанного, но вместе с тем, достаточно насыщенного оттенка. Крой был в меру скромным, в меру игривым.

Надевая его, я с отстранённым удивлением думала о том, что Сюзанна дважды за один разговор назвала меня юной. По меркам Валесса я уже начинала увядать. Для южан же едва перешагнула порог совершеннолетия и вот-вот могла бы начать задумываться о том, чтобы выйти замуж.

Едва ли портниха, говорящая о графе Вэйне с едва ли не материнской нежностью, могла об этой разнице не знать. Значит, Сюзанна подчёркивала её намеренно. Понять бы, зачем.

Расправив подол, я взглянула на себя снова и замерла. Из зеркала на меня смотрел кто-то другой. У неё всё ещё было моё лицо, но оно казалось посветлевшим и правда совсем молодым. Глаза сделались выразительнее, а губы ярче и как будто чётче очерченными.

Слегка смущённая такими метаморфозами, я молча вышла к Сюзанне, предлагая судить ей.

Увидев меня, портниха всплеснула руками, а потом прижала их к сердцу.

— Простите мою вольность, милая, но до чего же вы прелестны! Преступление, когда настолько красивая девушка одета бедно! Вы довольны?

Признаться даже само́й себе, что я была в восторге, казалось опасным, и я просто кивнула, а потом всё же улыбнулась ей:

— Вы удивительная мастерица, Сюзанна.

— По такой фигурке грех не шить! — казалось, она засмущалась ещё сильнее, чем смущалась я, в потом кивнула на стол. — Простите меня ещё раз, княжна, я позволила себе любопытство. Что так пахнет? Никогда не слышала ничего подобного.

Я прошла к столу, невольно отметив, что даже двигаться в новом платье стала свободнее.

Сюзанна указывала на склянку, с которой меня застал Вэйн в нашу первую встречу.

— Полынные духи. Они как раз настоялись, — попытавшись, но не сумев представить, какой подвох в этом можно усмотреть, я протянула пузырёк Сюзанне. — Возьмите. Если вам понравится, я сделаю ещё.

— О нет, это слишком!.. — она отступила на шаг, словно это были не простенькие духи, а ядовитая змея, но я перехватила её запястье и вложила флакон в ладонь.