Книга Дар первой слабости, страница 20 – Лера Виннер

— А вы намерены? — казалось, маг был неподдельно удивлён. — Если вы уже пошли на такое ради Валесса…

В его голосе слышалось не менее искреннее смятение, и я окинула его коротким взглядом.

— И всё же?

Эдмон шёл, заложив руки за спину, и смотрел себе под ноги.

— По правде сказать, никаких. Насколько я мог понять, господин Вэйн не рассматривает такой вариант.

Я отвернулась, чтобы он не увидел мой смешок и не мог истолковать его превратно.

Лес действительно подступал к самому замку — мы шли совсем недолго, едва ли больше получаса, а впереди уже показались мощные старые стволы.

— Граф не хочет, чтобы его вырубали, хотя и понимает потенциальную опасность такого соседства. Он говорит, что этот лес не позволит его врагам, если таковые найдутся, прийти сюда безнаказанно.

Очевидно, устав от затянувшегося молчания, Эдмон решил развлечь меня беседой, и я снова посмотрела на него.

Этот человек выглядел спокойным. Некоторое смущение в его голосе и жестах ощущалось, но в нашем случае оно было неминуемым. В целом же он чувствовал себя если не своим в этих местах, то хорошо освоившимся.

— Как вы, валессец, попали на службу ко Второму генералу Артгейта?

Послушать про лес наверняка было бы полезнее, но придания и сказки мне мог рассказать кто угодно в любой момент. Остаться наедине с магом, о котором я не далее как вчера спрашивала…

Это было бы идеальной ловушкой. Такой же грубой и очевидной, как моя недавняя попытка заставить его стушеваться.

Что ж, один — один, граф Вэйн.

Эдмон же, казалось, не чувствовал никакого подвоха. Напротив, на его губах проступила почти мечтательная улыбка.

— Вы были маленькой и, вероятно, не помните эту историю. Она случилась пятнадцать лет назад. Мне было столько же лет, сколько теперь вам, и я бежал из Валесса в Артгейт. Замок Зейн оказался первым на моей дороге. К тому времени я был порядком измучен скачкой и очень хотел пить. Я постучался в ворота, граф велел меня впустить.

Он умолк, оставляя за мной право додумать остальное самой.

В отличие от женщин, валесские мужчины редко оказывались одарены особой силой, а те, кому она доставалась от матерей, были на вес золота. Едва ли Калеб Вэйн держал при себе шарлатана, а значит, Эдмон был предателем, предложившим свою службу врагу, а не родному княжеству.

— Отчего же, я помню. Вы рано осиротели. Ваш отец тогда приходил к князю и умолял вернуть вас.

Я в самом деле помнила. Дела отца уже тогда интересовали меня больше кукол и уроков музицирования, и я частенько подслушивала его разговоры с визитёрами, стоя в тайной нише за гобеленом.

«Наши предки позаботились о вас, мадемуазель. Иначе зачем бы в этом замке столько тайных ходов?», — смеялся князь Карл, в очередной раз обнаруживая моё присутствие и подхватывая меня на руки.

Хорошие были времена.

Тем временем Эдмон склонил голову ещё ниже.

— Надеюсь, он в добром здравии.

На этот раз я не стала отводить взгляд, разворачиваясь к нему:

— Ваш отец умер прошлой весной у меня на руках. Больше не нашлось желающих ухаживать за одиноким слепцом. Я могла бы утаить от вас эту информацию, но если вы служите графу так давно и верно, то вряд ли он не справился и не сообщил вам.

Получилось, вероятно, слишком грубо, потому что на лице Эдмона заходили желваки.