Книга Наследник для императора-дракона. Право первой ночи, страница 7 – Екатерина Гераскина

Он отобрал всё, что было у нас, и поселил нас на отшибе земель. Мама потому и не смогла прийти сюда, чтобы не опозорить меня. Хотя мне было плевать. Но вся эта мишура — кто во что одет и что о тебе подумают — была слишком важна для аристократов, особенно таких мелких как мы.

Мама как-то говорила, что особенно большие амбиции бывает именно у таких людей.

Было положено переодеваться в разные платья. Одно в Храм, другое на сам праздник. У нас не было таких денег. Мы и одно-то платье пошили для мамы из старых. Лишь купили ей новую накидку. Другие деньги мы отдали лекарю, который так и не выполнил своего поручения.

А встречались мы для обсуждения свадьбы в доме дяди — роскошном, богато обставленном. Местами мне казалось, что дядя просто ненавидит нас, но терпит. Опять же — из-за репутации.

Он выдавал маме новое платье, а стоило только Генри покинуть его особняк, как приказывал снимать его и облачаться в свое старое.

Я видела, какими жадными глазами он смотрит на мать, но та делала вид, что не замечает. Потому мы так и жили, перебиваясь чем придётся. Расплачивались за отказ мамы стать любовницей.

Я не винила мать ни в чём. С слабыми женщинами легко помыкать, когда у тебя деньги и власть.

И мой муж оказался таким же ничтожеством. Ведь именно из-за него лекарь и уехал.

За спиной раздался стук. Мелисса пришла и, так же не глядя мне в лицо, сервировала стол для обеда. Аппетита не было, но я понимала, что силы мне пригодятся. А если придётся есть при всех — я и вовсе не смогу проглотить больше пары кусочков.

Обед был вкусный, а по нашим с мамой меркам — и вовсе роскошный.

Потом я неспешно пила чай у камина, набираясь сил.

В доме было тихо. Я решила, что достаточно провела здесь времени, чтобы уже можно было подняться наверх, в общую спальню. Я не пряталась. И уже думала, что ни с кем и не столкнусь.

Только на вершине лестницы, на втором этаже, столкнулась с мужем и его любовницей, своей кузиной.

Та была до безобразия довольной, и я уже видела по глазам, что укусить она хочет побольнее. Кузина развязно повисла на локте моего супруга, надула алые губы, а потом мерзко захихикала:

— Как спалось, Ассоль?

— Спускайся вниз, Сесиль, — прозвучал строгий голос мужа. — И жди меня.

Генри был старше меня на пять лет. Волосы цвета пепла, истинный житель Туманного клана, глаза такие же серые. Он был высоким, красивым, стройным и, как я думала раньше, добрым и благородным.

А оказался он столь же самодовольным и упивающимся властью человеком, как и мой дядя.

Сесиль поджала губы, повела плечом, подхватила свои пышные лиловые юбки и пошла с прямой спиной мимо меня, не забыв толкнуть плечом.

Я удержалась благодаря перилам. Прикрыла глаза, чтобы не взорваться.

Сейчас дурой показала себя она, а не я.

Генри хмурился. Он был одет с иголочки, несмотря на то, чем занимался.

Чёрный камзол, серебряная вышивка, идеально выглаженная шёлковая рубашка, брюки, заправленные в высокие сапоги. А волосы были привычно зачёсаны назад и уложены.

Я сделала последний шаг с лестницы. Встала с супругом на одном уровне. Хотя по росту это и не скажешь — он был выше меня на голову.

— Нам нужно поговорить. Я хочу обсудить, как мы теперь будем жить.

Я кивнула. Молчала. Не знала, что должна ответить в этот момент. Тратить силы на спор и ругань я не стала. Мама говорила, что молчание — золото. Я старалась прислушаться.