Книга Путешествие в Древний Китай, страница 169 – Лора Лей

Гай, за время знакомства с госпожой, успел рассмотреть в ней не только боевика, лекаря и просто красивую женщину, но и отметил ее инаковость. Однако соображения свои держал при себе, потому что только она стала для блондина-иностранца гарантией безопасности и жизни в этой, отличной от далекой родины, стране. Он, как и Ниу, заметил напряжение Юна перед прибытием родни, и ничего хорошего для себя в этом не видел.

— Да, госпожа, я отправлюсь с тобой — ответил Гай.

Ниу облегченно выдохнула.

— Тогда собери все, что считаешь нужным, и будь готов сняться с места в любой момент.

Ниу пожала парню руку и повернулась. Сзади стоял Ма Тао.

— Я пойду с вами, — решительно заявил бывший раб на английском. Заметив удивление, улыбнулся — Йи забывается иногда, вот я и запоминал слова. Госпожа, я хочу увидеть мир!

Ниу выдохнула еще раз: на такую компанию она не рассчитывала, но испытала двойное облегчение и благодарность незапланированному спутнику.

— Тогда договорились. Ма Тао, подбери лошадей, денег я дам. С родителями сам разберись, только тихо, чтобы раньше времени никто ничего не знал. И моему брату не говори…

Назад пути не было, и Ниу отправилась писать прощальное письмо Юну. Далось ей это нелегко, горло перехватывало от горечи и боли, глаза застилали слезы, но она все-таки закончила послание.

«Сяо Юн, не сердись! Это лучший выход. Шан — твой настоящий брат, а я — всего лишь замена... Но я люблю тебя все равно! Спасибо, ребенок, что ты есть в моей одинокой жизни! Я оставила кое-какие бумаги в твоей комнате, найдешь — используй. Позаботься о ребятах и Ливее. Привет Хироюки и Сэтоши. Дадут небеса — свидимся. С братом из-за меня не ссорься, будь мужчиной, береги себя и живи счастливо. Помни, я всегда с тобой мысленно, где бы я ни была. Обнимаю. Твоя Бай Ниу»

Генерал Бай Шан входил во двор родного дома спустя четыре года с лишним с момента, как отец выгнал его. Повзрослевший и ожесточившийся в боях, молодой мужчина оглядывал поместье, отмечал перемены и не чувствовал радости. «Отвык от мирной жизни», — ухмыльнулся воин и увидел спешащего навстречу высокого парня, напоминавшего ему самого себя несколькими годами раньше.

— Старший брат, ты вернулся! — Юн поклонился генералу. — Скорее проходи, сестра внутри! Мы ждали тебя!

Генерал Бай дернул бровью при упоминании Руо и широкими шагами, не оглядываясь на младшего брата, направился в главное здание. К сестре у него было слишком много вопросов, и все они носили гневный характер. Ему довелось услышать о ее причудах и в столице, и здесь, и терпеть подобное поведение сестры генерал был не намерен. Девушка слишком вольна, её нужно вернуть к прежней версии Руо и выдать замуж в ближайшее время. На имени семьи прославленного воина не должно быть ни единого пятна своеволия и нарушения правил.

Ниу с первого взгляда на вошедшего поняла: им не по пути. Мужчина перед ней напоминал булыжник — такой же грубый и твердый. Лицо генерала выражало решимость добиваться исполнения своих приказов любой ценой, невзирая на мнение другой стороны. Похожий на Юна, Шан утратил нежность и мягкость, о которой ей столько говорил брат: перед женщиной предстал вояка, видевший смерть и лишения, привыкший подчинять и подчиняться.

— Бай Руо, я огорчен тем, что узнал о вашей жизни — не поздоровавшись, сразу приступил к выговору Шан. — То, что вы справились с Чунтао и вернули дом, не отменяет нарушение тобой приличий в отношении всего остального. Я запрещаю тебе выходить из дома, пока мы не поговорим обо всех твоих… предприятиях — он словно выплевывал резкие слова. — Сяо Юн, это касается и тебя тоже. Вы оба — Бай, поэтому не смеете бросать тень на имя семьи своим недостойным поведением. Отправляйтесь к себе, мне нужно вымыться, потом я хочу услышать ваши объяснения всему — он обвел рукой помещение и указал на двор — этому. Руо-шимэй, распорядись об обеде и ванне, встретимся через шичень.