Книга Путешествие в Древний Китай, страница 166 – Лора Лей

Стоит заметить, что красавец и плейбой «всея Шаосина» Фан Юйшенг за последние месяцы с момента открытия «Ханьфу-мэна» неожиданно для себя (и других) привязался к работающему там странному парню в полумаске, находя не только его руки, но и незаурядный ум достойным пристального внимания.

Ниу посмеивалась над интересом молодого господина Фана к себе, но секрет хранила, потребовав от остальных делать то же самое. За участие в выездах попаданка искренне благодарила праздного аристократа, вела с ним продолжительные беседы и при случае кормила необычными блюдами простолюдин типа шашлычков и жаренных на гриле свиных кишок.

Благодаря Фан-гунцзы Ниу решила и проблему с поместьем, куда приняла на работу его знакомого— управляющего, вышедшего на пенсию, но абсолютно не желающего сидеть в безделье в городе.

Пожилой подвижный старик сразу понравился Ниу: он внимательно выслушал молодого господина Бай, уточнил выдвигаемые идеи по переориентации хозяйства на производство птицы, мяса и зелени для нужд клуба, по собственной инициативе посетил имение и с энтузиазмом принялся за новшества. Ниу разрешила ему поселиться в господском доме, чему оказалась несказанно рада тетка Мэй, которой небрежение хозяев к собственности порядком надоело.

К осени управляющий смог убедить крестьян заняться выращиванием свиней, кур и уток (на озере), пересмотрел условия налогообложения и размеры наделов в пользу арендаторов, но без ущерба для владельца, обновил семенной материал и вообще полностью освоился.

Ниу получала зелень и мясо, управляющий и тетка Мэй — удовольствие и материальное вознаграждение. Расходы на продукты в клубе радовали Чжао Ливея.

* * *

Сезоны сменяли друг друга, идеи воплощались, клуб процветал, и незаметно пролетели три года пребывания Бай Ниу в новом мире. Чжао Ливей подумывал об открытии филиала в столице, а Юн — о будущем: ему исполнилось шестнадцать лет. Теперь следовало попытаться сдать госэкзамен, но парень не разделял стремление соучеников становиться чиновником. Занимаясь с Ниу колясками, играми, книгами, он отчаянно желал перейти в категорию мастеров и творить: велосипед стал и его мечтой.

Следом за мылом, с подачи Ниу, в жизнь воплотилась ручная стиральная машина: бочка с вращающимися в ней лопастями на штыре и отжимные валики. Это было необычно, немного громоздко и сложно осуществимо, но результат обрадовал всех: на вращение лопастей поставили найденного на рабском рынке слепого бывшего кузнеца, и производительность прачечной выросла в разы. Юну хотелось заниматься подобным, как и резьбой: он освоил миниатюры на персиковых косточках.

Первое удовлетворившее его изделие он подарил сестре, чем вызвал у иномирянки слезы умиления и благодарности. До уровня работ, которые Ниу помнила из прошлого, начинающий резчик еще не дошел, но цветы и изящные подвески выходили у Юна очаровательными. Еще он старался придумывать шкатулки с секретом, в чем ему активно помогал Хо Бу. Вдвоем они обновили почти всю мебель в общежитии рабов в особняке, а когда Чжао Ливей надстроил второй этаж в служебных помещениях на заднем дворе клуба и туда перебрались массажисты — и там. Двухъярусные кровати, откидные столы, комоды и шкафы получались простыми, но функциональными, а работа руками давала отдых голове.