Книга Ворона в гареме. Книга 1, страница 79 – Коуко Сиракава

Шоусюэ, не слушая роптание Вэй Цина, смотрела на ивы. Почему призрак стоял там, на одном месте?

— Хорошо. Сделаю, как ты хочешь, – сказал Гаоцзюнь.

Шоусюэ повернулась к нему.

— На рассвете пришлю за тобой. У меня будет совет, но я дам тебе ключ. Делай что надо. – И он внимательно посмотрел ей в лицо. – Говорят, что госпожа Ворона может получить все, что пожелает. Думаю, ничего страшного, если ты посмотришь на сокровища в хранилище.

И все-таки Гаоцзюнь получил отчет от Вэнь Ина. Шоусюэ, ничего не говоря, глядела на правителя, подняв голову. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

Первым отвел взгляд Гаоцзюнь. Он взглянул на ивы.

— Почему она появляется только в сезон цветения ивы?

Сменил тему… Шоусюэ не стала протестовать.

— Призрак не может возникнуть, не воспользовавшись силой цветов. Мне неведомо, правда, насколько он был связан с этими ивами при жизни.

— Ясно. Какие разные бывают призраки!

— Повелитель! – До сих пор стоявший с недовольным видом, но все-таки молчавший Вэй Цин подал голос. – Вы не хотите посоветоваться с госпожой Вороной о том деле?

— Посоветоваться? – Шоусюэ перевела взгляд с Вэй Цина на Гаоцзюня. – О чем вы говорите?

— Вы обещали, что сегодня непременно спросите об этом…

— Цин, не надо.

— Но ведь тогда вы совсем…

— Я сказал: не надо!

Голос его звучал тихо, но возражений не допускал. Вэй Цин покорился:

— Прошу прощения.

— Что такое? – спросила Шоусюэ, но Вэй Цин уже закрылся, как раковина, и не отвечал.

Шоусюэ посмотрела на Гаоцзюня.

— У тебя тоже появлялся призрак?

Гаоцзюнь чуть поднял одну бровь, но ничего не сказал.

— Это так?

— Я не прошу тебя ничего предпринимать. – Он отвернулся.

Шоусюэ пристально посмотрела на его профиль.

— Призрак матери или друга?

Раз он не хочет, чтобы Шоусюэ что-то предпринимала, значит, дело в этом, подумала она. И кажется, угадала. Гаоцзюнь продолжал молчать, но выглядело это как подтверждение ее слов.

Она посмотрела на Вэй Цина. Тот, будто стесняясь взгляда господина, тихо сказал:

— Повелитель в последнее время плохо спит…

Действительно, цвет лица у Гаоцзюня был не очень хорош. Вот почему Вэй Цин так беспокоится.

— Хватит об этом. Пойдем, Цин, – сказал Гаоцзюнь и быстро зашагал вперед.

Шоусюэ задумчиво смотрела ему вслед.

Когда время перевалило за половину пятой стражи^[6], за Шоусюэ в Емин-гун пришел Вэй Цин. Солнце еще не взошло, но край неба чуть побелел. В это время Гаоцзюнь начинал свой совет.

— Прибыл за вами, – вежливо поклонился Вэй Цин. Но ему явно было не по себе из-за того, что пришлось оставить повелителя одного. Выглядел он хмуро и неприветливо.

Следуя за ним, Шоусюэ вышла из дворца. Поскольку придется зайти в хранилище, Цзюцзю она с собой не взяла. Та, заплетая госпоже волосы, несколько раз предупредила: «Будьте осторожны!» Вообще-то никакие опасности Шоусюэ не грозили, но служанка, видимо, беспокоилась, что госпоже придется выйти с территории женской половины. Впрочем, она все равно оставалась внутри дворца, там, где жил император. Не так уж эта часть и отличается от женской половины. Шоусюэ, как обычно, оделась в черное. Вряд ли ее ждут неприятности, если идти в облике Вороны уфэй.

Вэй Цин показал документы с подписью Гаоцзюня охраннику, и Шоусюэ вышла за ворота. В покои императора она отправилась пешком, без паланкина. Пока они шли, небо потихоньку, но явственно розовело. Восточный его край стал коралловым, ультрамарин сменился нежным индиго, звезды одна за одной исчезали с небосклона. Ветер слабел, словно засыпая. Весной по утрам и вечерам воздух становился каким-то мягким, а граница между ним и человеком исчезала.