Книга Девушки с тёмными судьбами, страница 105 – И.В. Вудс

И завершали все эти мысли непрошеные слова, которые снова и снова крутились у нее в голове.

Меня необъяснимо потянуло к тебе.

В конце концов, Эмберлин погрузилась в беспокойный сон.

* * *

Эмберлин стояла у двери в гримерную Марионеток. До начала представления оставалось совсем немного времени, и обычно Эмберлин относила костюм в свою комнату, чтобы собраться в одиночестве. Но сегодня, после того как узнала о первых Марионетках, о том, что происходило с Алейдой, ей остро захотелось быть рядом с сестрами. Она слышала их тихие голоса, обрывки разговоров и шелест ткани, пока они поправляли свои наряды и укладывали волосы в короны.

Эмберлин подняла кулак, чтобы постучать, но снова замешкалась. Они все еще могли злиться на нее за то, что она отдалилась. Могли только взглянуть на нее и прогнать прочь.

Она глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от этих мыслей, и резко постучала в дверь.

Голоса внутри затихли.

— Войдите?

Эмберлин толкнула дверь, и все сразу повернулись к ней. Некоторые из сестер удивленно приподняли брови, глядя на нее, но никто ничего не сказал. Эмберлин замерла на пороге, осматривая гримерную, и наткнулась на серьезный взгляд Грейс. В ней больше не осталось того огня, который так сильно отличал ее от других девушек, проходивших прослушивание на свободное место в труппе. Сейчас она выглядела подавленной. Как будто смирилась со своей судьбой, как и другие Марионетки. В ее глазах даже не было обвинения в адрес Эмберлин.

В одном из кресел справа Эмберлин заметила Алейду, на измученном лице которой появилась улыбка, и немного расслабилась.

— Могу я сегодня переодеться здесь? – спросила она тихим голосом. – Со всеми вами?

Последовала секундная пауза – душераздирающе напряженный момент, прежде чем он разрушился. Марионетки вскочили на ноги и окружили Эмберлин, заключая ее в объятия из юбок, блесток и напудренных рук.

— Безусловно! – Розалин закатила глаза, глядя на Эмберлин.

— Подойди и сядь. – Джиа мягко улыбнулась ей и указала на стул.

Мириам сжала ее руку.

— Ты хорошо спала? Выглядишь усталой.

Эмберлин усадили в кресло, предложенное Джиа, и от гомона сестер у нее закружилась голова. Но она лишь улыбалась, а вскоре почувствовала знакомые прикосновения Алейды, когда она начала укладывать ее волосы в свои фирменные завитки. Они встретились взглядами в отражении зеркала, и глаза Эмберлин невольно наполнились слезами. Несмотря на боль в собственном теле, на гниль, разъедавшую ее изнутри и пожирающую кости и плоть, Алейда все же нашла в себе силы сделать ей прическу. Как и раньше.

Грейс наклонилась к Эмберлин.

— Это не твоя вина, – прошептала она.

Эмберлин перевела взгляд на нее, затем на Алейду, которая опустила подбородок, словно притворяясь, что не слушает их.

— П-прости? – заикаясь, произнесла Эмберлин, и ее плечи напряглись. Во время последнего их разговора Грейс рыдала на сцене их театра в Нью-Коре. При воспоминании об этом у нее скрутило живот.

— Теперь я понимаю. – Грейс решительно кивнула, хотя ее подбородок дрожал. – Это не твоя вина. У тебя не было выбора. У тебя на самом деле его не было.

Волна облегчения, печали и гнева захлестнула Эмберлин, и у нее перехватило дыхание.

— И все же мне жаль, – прошептала она. – Мне так жаль.

Грейс просто опустила подбородок в ответ и снова посмотрела в зеркало.