Книга (не) фиктивная жена офицера, страница 23 – Анна Арно

Одно ясно наверняка: уснуть не выйдет.

Да и меня пугает одна только мысль, что утром я должна буду столкнуться лбом с Алексеем Михалычем и его моделькой.

Кажется он и без того меня словно насквозь видит. А тут вообще не знаю, как вести себя адекватно после того, что услышала. Со стыда сгорю же!

Решено.

Значит надо бежать, пока не поздно. Или не рано.

На всякий случай еще раз осторожно осматриваю комнату.

Ожидаемо, никого. И на том спасибо. А-то мало ли.

Ведь я все еще не понимаю причину, почему я оказалась именно в его кровати. Вдруг еще какие сюрпризы стоит ожидать от моей ночевки в чужом доме. Так что стоит вести себя осмотрительнее.

Сажусь в кровати и буквально немею от шока…

В шоке осматриваю себя.

На мне совершенно точно чужая одежда. Мужская к тому же.

И как это понимать? Кто-то переодевал меня?

Выходит я проспала не только то, как меня принесли из машины в чужую кровать. Но и то, как меня раздели до гола, и нарядили в чью-то одежду.

Как куклу какую-то.

С ума сойти.

Да я же просто мечта маньяка.

А все потому что ночами спать надо! Но у меня не выходит. Вот я уже и отключаюсь непроизвольно. Да так сильно, что сама от себя в шоке теперь.

Но не это сейчас пугает больше всего. А то, кто именно переодевал меня?

Я уж надеюсь не все тот же водитель, который по моей теории принес меня в комнату. Это было бы крайне унизительно.

Но и не сам ведь… Алексей Михалыч?

Тело горит от одной мысли, что он мог прикасаться ко мне.

Бездумно ощупываю себя. Понимаю, что хотя бы трусы мои при мне. Спортивный топик, который я ношу вместо лифчика — тоже. Значит даже если он раздевал меня лично, то ограничился только одним слоем одежды.

И на том спасибо.

Невольно пытаюсь представить его впечатление от увиденного. Фигура у меня средненькая, без впечатляющих деталей. Я мелкая, тощая. Грудь не очень большая, да еще и в этом асексуальном топике — вообще плоской кажется. Задница тоже не особо выдающаяся. К тому же трусы стремные, в горошек. В общем даже посмотреть не на что.

Разве что талия выразительная. Это пожалуй единственное, что могло бы хоть как-то впечатлить. Но с тем ассортиментом женских тел, что обычно имеет Алексей Михайлович, ему бы вряд ли захотелось меня…

Ох, Марьяна…

Книжки бы писать с такой фантазией. Эротические в основном. Или мемуары про похороны собственной совести, тоже неплохо получатся. Пошлячка!

Ну при чем тут он сам?

У него же точно есть какая-нибудь домработница, которую он мог попросить переодеть меня. Ну или, в крайнем случае, это могла сделать его моделька. Так что отставить эти глупости.

Ловлю себя на мысли, что утыкаюсь носом в воротник чужой рубашки, что на мне. Принюхиваюсь будто.

Это уже не смешно, Марианна! Сейчас же завязывай с этими своими наклонностями бессовестными и марш из чужой кровати, комнаты и дома.

После всех тех мыслей, что меня посетили за эти недолгие минуты, я бы предпочла больше и вовсе никогда не столкнуться с Алексеем Михалычем. Так что точно валить надо. От греха подальше. А-то еще разверзнется гиена огненная подо мной. И все… хана. А мне вообще-то о сестре думать надо, а не вот это вот все!

Выбираюсь из кровати и к собственному удивлению обнаруживаю свою одежду на кресле, прямо под торшером, тускло освещающем комнату.