Книга (не) фиктивная жена офицера, страница 95 – Анна Арно

Быстро попрощавшись со всеми участниками похода, в том числе с родителями и младшенькими, я спешу выйти к дороге, чтобы не злить Мишу еще сильнее. В конце концов через пару дней я со всеми увижусь снова. А вот этот Громов теперь беспокоит меня почему-то.

Он молча забирает из моих рук сумку, закидывает ее на заднее сиденье и садится за руль своего внедорожника, явно давая понять, что говорить со мной больше не намерен.

Я запрыгиваю в машину, будто боюсь, что он и вовсе уедет без меня, меня же отвозить. Пристегиваюсь и нарочито упрямо отворачиваюсь к окну со своей стороны.

Как-то мне обидна эта его реакция на вроде невинную шутку. Даже если бы папа поймал нас, я бы естественно объяснила, что сама виновата. Что сама залезла к Мише в палатку и под одеяло тоже. Ничего ведь не случилось. Так что не понимаю, к чему так злиться?

В конце концов ну не решил бы ведь папа, что у нас с его сослуживцем могут быть какие-то отношения.

Ведь не могут?

Бросаю взгляд на Мишу.

Какая глупость. Маши не влюбляются в медведей, даже в тех, у кого хороший вкус. Потому что медведь — животное, у которого много всяких… куриц. Да и он почти вдвое меня старше. Дикарь и варвар, к тому же. Пропахший сигаретами и потом.

А Маша — принцесса, которая просто привыкла дружить со всеми лесными обитателями, потому что они все с ней милы, только из-за того, что у нее папа-генерал.

У меня, то есть.

И я вполне к этому привыкла. Что все дружелюбны, потому что папочка за меня любого порвет. Как и за всех моих младших. Потому с нами обычно все сюсюкаются, и не смеют грубить.

Все.

Кроме одичалых медведей, которых даже генерал не пугает, ведь он этому самому генералу некогда жизнь спас.

Да, Гром всегда нарочито вежлив с папой, но чисто из военной субординации. А вот меня, между прочим, вечно подначивает, и даже придирается иногда: то длина моих платьев его не устраивает, то мои походы с подружками в клуб, — с тех пор как мне исполнилось восемнадцать даже родители мне столько замечаний не сделали, как этот…

И с чего я вообще решила, что он может быть моим другом?

Вот же дура. Да очевидно ведь, что я его раздражаю, как какая-то вынужденная обуза, с которой он обязан быть более-менее вежлив, как с моим отцом. Но он явно все время подавал мне невербальные сигналы, что я его раздражаю, как какая-то пиявка липучая.

Вот же… идиотка…

— Приехали, — слышу голос Миши, и он тут же выходит из машины, тормознув у подъездной дорожки к нашему дому.

Понимаю, что даже не заметила всех этих километров, что мы проехали за последний час.

Миша достает мою сумку с заднего сиденья и открывает передо мной дверь, явно чтобы поскорее меня высадить из своей машины, не желая со мной возиться в очередной раз. Но тут же осекается:

— Сонь… ты чего?

Я и сама не понимаю «чего я», но осознаю что лицо мокрое от слез. Всхлипываю судорожно:

— Ты не собираешься со мной дружить, да?! — выпаливаю я, не в силах удержаться от дурацкой детской обиды, что душит.

Он смотрит на меня хмуро. По-взрослому осуждающе. И сухо выдает:

— Абсолютно точно нет, — он сглатывает так, что у него кадык дергается, а на лице желваки ходят: — Я совершенно не гожусь для дружбы с маленькими принцессами.

Ну конечно!

Я для него значит — мелочь! И принцесса избалованная!

Что и требовалось доказать!

Зло выпрыгиваю из его высоченной машины, но нога подворачивается, и Миша подхватывает меня за талию, чтобы я не упала.

— Пусти, медведь ты бестолковый! — рычу обиженно. Выдергиваю из его руки свою сумку: — Сам ты! — рявкаю ему в лицо. — Принцесса! Понял?!

Уворачиваюсь от его руки и иду к воротам в свой дом. Хочу спрятаться. И сама не понимаю, что меня так расстроило? Больно надо дружить со всякими там дикими зверями! Тоже мне…

«Я совершенно не гожусь для дружбы с маленькими принцессами», — в моей голове эта фраза звучит куда уж более язвительно.

И от того еще больнее.

Ну и плевать. Плевать я на него хотела!

Лишь бы пластинку мою вернул. И все на этом.

А друзей я себе и без него найду. Хуже! Найду себе парня! И тогда мне вообще плевать будет чем там какие-то медведи бестолковые занимаются.

Только при чем тут парень, София?

Миша ведь… мужчина.

Фу ты, не в том смысле!

Миша — типа друг! Типа!

Так при чем тут какие-то там отношения?

Не при чем. Не при чем!

Просто к слову подумалось.

Ведь Маши не влюбляются в медведей...