Книга Хирургия чувств, страница 6 – Елена Рус

Я встала, приготовила ужин на скорую руку, перекусила и набрала номер главврача, сказать, что на завтра мне нужен отгул.

Утро выдалось хмурым, серое небо нависло над городом, моросил мелкий дождь. Я припарковалась у сверкающего стеклянного фасада "Здоровье Плюс", на мгновение задержала дыхание, собираясь с мыслями, и вошла.

В холле меня уже ждала Анна. Она улыбнулась натянуто и ответила:

— Доброе утро, Лана Владимировна, спасибо, что приехали! Прошу за мной.

Мы шли по безукоризненно чистым коридорам, всё здесь дышало дорогой стерильностью, приглушённый свет, мягкие ковролины, ненавязчивая классическая музыка из скрытых динамиков. Контраст с моим отделением был разительным.

Анна открыла дверь кабинета, жестом пригласила внутрь. На столе уже лежала толстая папка с документами, рядом планшет с включённым экраном, на котором мерцала электронная история болезни.

— Всё готово! — сказала Анна, указывая на материалы.

— Здесь полные протоколы операции, анализы, снимки, динамика состояния после вмешательства.

— Хорошо, пока я изучаю всё, не могли бы вы через час пригласить врача, который оперировал пациента? — спросила я её.

— Да, разумеется! — ответила она и вышла.

Я углубилась в изучение документов. Страницы шелестели под пальцами, строки сливались в единый поток информации, анамнез, анализы, протоколы операции, динамика состояния. Снимки УЗИ разложила на столе, рассматривала под разным углом, пытаясь уловить то, что могло ускользнуть от других.

Через час в кабинет вошёл хирург, тот самый, что оперировал пациента. Чуть постарше меня, лицо осунувшееся, халат слегка помят, взгляд из-под насупленных бровей, напряжённый, выжидающий.

— Здравствуйте, Лана Владимировна! — начал он тихо.

— Меня зовут Воронцов Николай Иванович, я врач, оперировавший пациента и готов ответить на любые ваши вопросы. Только… помогите понять, что я упустил?

Я кивнула, не отрывая взгляда от снимков.

— Да вы присаживайтесь и расскажите всё с самого начала. Опустите рутинные моменты. Фокусируйтесь на том, что показалось вам необычным?

Он присел, вздохнул и провёл рукой по лицу.

— Всё шло штатно. Доступ, ревизия, выявление образования. По УЗИ и МРТ классическая киста. Но когда я начал её мобилизовывать, ткань оказалась слишком плотной. Не как у обычной кисты. Я подумал, фиброз, бывает. Продолжил. А потом… — он сглотнул.

— Потом она как будто "раскрылась" изнутри. Не лопнула, нет. Именно раскрылась, как цветок. И сразу пошла кровь. Много. Мы не смогли остановить.

Я молча кивнула, снова взглянула на снимки. Картина складывалась.

— Это не киста. — произнесла я тихо.

— Это кистозная форма нейроэндокринной опухоли. Очень редкая. При механическом воздействии она может деструктироваться с выбросом биологически активных веществ, что провоцирует каскад реакций, вплоть до шока.

Воронцов побледнел.

— Но на МРТ… на УЗИ… всё указывало на кисту!

— Да. Она маскируется. Нужно было специальное иммуногистохимическое исследование, но его, разумеется, до операции не проводили?!

Я закрыла папку, посмотрела на него.

— Сейчас главное, не поиск виноватых. Пациент в реанимации, у нас есть шанс стабилизировать его, если действовать правильно. Мне нужны, доступ к лаборатории для срочного анализа на хромогранин А и серотонин, УЗИ с допплером, консультация реаниматолога и эндокринолога. И время?!