Книга Хирургия чувств, страница 1 – Елена Рус

Я влюблялся,

Но вырезал из сердца ненужное.

Удивлялся, что все, где нет ее, чуждо мне!

И пинцетом я вынимал остатки влюбленности,

Под прицелом своей доверчивой скромности.

Утро в хирургическом отделении районной больницы, где я работала врачом хирургом выдалось напряжённым.

Впрочем как и все предыдущие смены. Я вошла в ординаторскую, сняв медицинскую шапочку. Только что завершилась экстренная операция. Пальцы слегка дрожали, случай оказался сложнее, чем ожидалось.

В ординаторской сидели, анестезиолог Ирина, молодой ординатор Артём и хирург Олег Петрович Скрипник, старейший сотрудник отделения.

Ирина, поднимая глаза от истории болезни и посмотрев на меня из-под очков сказала:

— Лан, ты как? Вид у тебя… конечно замученный.

Я присев устало за свой стол, налила в стакан воды и выпив залпом, ответила;

— Всё в порядке. Я норм. Пациент стабилен.

Олег Петрович, который сидел читал жёлтую прессу, посмотрев на меня сказал:

— Опять "в порядке"? Лана, ты уже третью смену за неделю работаешь на износ. Даже молодым так нельзя!

— У нас нет выбора Олег Петрович! Вы сами знаете, какая сейчас нагрузка на отделение, врачей не хватает?! — ответила я ему устало.

— Лана Владимировна, а как вы… то есть, как вам удаётся так точно рассчитывать время на операцию? У меня пока выходит либо слишком долго, либо риски растут?! — спросил робко Артём.

Я посмотрела на Артёма, вспоминая себя, когда я была чуть постарше его и так же ещё многого не знала, ответила:

— Опыт Артём! И ещё, никогда не думай о результате до завершения. Только о следующем шаге!

Олег Петрович кивая с одобрением на мои слова сказал:

— Мудрый совет! Хотя, признаться, я помню времена, когда ты сама волновалась перед каждым разрезом?!

Я замерла. Это он намекал, на ту самую историю, которую я старалась забыть?

Посидев ещё минут десять и отдохнув, я вышла в коридор. И столкнулась с заведующим отделением, доктором Смирницким Алексеем Федоровичем. Он держал в руках папку с документами и выглядел озабоченным.

— Лана Владимировна, у меня к вам просьба?! Посмотрите пациента из третьей палаты. Диагноз неясен, а коллеги расходятся во мнениях.

— Конечно Алексей Федорович. Что именно вызывает сомнения? — спросила я его заинтересованно.

Смирницкий подошёл ближе и уже более тихим голосом ответил.

— Симптомы похожи на перфорацию, но анализы не подтверждают!? Я бы хотел, чтобы вы взглянули своим взглядом. Знаю, вы не любите вторые консультации, но…

Я его остановила, сказав:

— Я посмотрю! Но если это снова окажется ошибкой диагностики, вы позволите мне провести операцию?

Смирницкий помолчал, обдумывая про себя, а потом кивнув, ответил:

— Да! Ваше слово будет решающим! Но прошу, будьте осторожны?! Последний раз, когда вы настаивали на своём…

Он не договорил, а я сжала сильнее ручку в руках, отчего она чуть не переломилась и перебив его, я ответила:

— Алексей Федорович, это был не мой промах! И вы это знаете?!

У него от этих слов вдруг забегали глаза, что он незнал куда их деть и затем ответил мне тихо:

— Знаю. Но слухи то… они всё ещё ходят!

Я ничего не ответила ему на это, развернулась и зашла обратно в ординаторскую.

В третьей палате, я долго изучала снимки пациента, шестидесятилетнего мужчины. Задавала ему вопросы, проверяла рефлексы. За мной молча наблюдал Артём, стараясь запомнить каждое движение.