Книга Переводчица для Босса, страница 31 – Никки Зима

Она трет место ушиба, я начинаю сгребать документы. Первый лист, который попадается мне в руки — разворот диплома с отличием МГУ. Факультет иностранных языков и регионоведения.

Второй — сертификат C2 по корейскому. Третий — справка о языковых стажировках в крупных корпорациях в Корее.

Рекомендательное письмо от одной очень крупной строительной корпорации? Интересно.

Я поднимаю глаза и смотрю на неё с новым интересом. Она не просто «та самая истеричка», она… чертовски квалифицированный специалист.

— Подайте же, наконец! — шипит она, выхватывая у меня из рук бумаги. Её глаза горят таким праведным гневом, что мне становится не по себе, — вы что, вообще не смотрите, куда бежит ваша собака?

Или у вас привычка заливать, рушить карьеры, потом при помощи собак людей с ног сбивать?

— Не хамите, я пытаюсь помочь, — говорю я, протягивая ей очередную пачку листов. Это её резюме.

Опыт работы — 8 лет. Закрытая школа «Альфа». Владение тремя языками в совершенстве. А я уволил её за разбитую вазу.

— Помочь? — она фыркает, с силой выдёргивая резюме из моих рук. Бумага с треском рвётся пополам. — Да вы мне всю жизнь испортили! Сначала вашим мерседесом, потом потопом, а теперь вот этим… этим шерстяным тараном! Вы никогда не задумывались, что приносите окружающим вас людям сплошные несчастья?

Она продолжает сыпать оскорблениями, а я просто смотрю на неё.

На её растрёпанные волосы, разгорячённое лицо и яростно сверкающие глаза.

Она сейчас похожа на разъярённую кошку, которую коснулись в самый неподходящий момент.

— Бешеная, — не сдерживаюсь я. Слово вырывается само, тихое, почти шёпот.

Она замирает на секунду, поднимает на меня взгляд, полный такой ненависти, что, кажется, наэлектризованный воздух трещит.

— Я бешеная? — её голос дрожит от невероятного напряжения. — А вы кто? Вы-то кто?! Вы — бешеный! Бешеный пёс со своим бешеным псом! Пара бешеных!

Она сгребает в охапку последние листы, с трудом поднимается на ноги, отряхивает пальто и, не сказав больше ни слова, разворачивается и уходит, высоко подняв голову.

А я остаюсь сидеть на корточках посреди парка, с половиной её разорванного резюме в руках и с одной-единственной мыслью в голове: «Чёрт возьми. А она огонь»

Заходим с Гошей домой. Снимаю поводок и провожу воспитательную работу.

— Ну что, ум, честь и совесть нашей эпохи, как же ты так опростоволосился? Главное, ещё и меня в прошлый раз упрекал!

Виноватые глаза Гоши уткнулись в точку на керамограните.

— Когда хозяин слегка поставил соседок на место, так Гоша первый на очереди умничать и морализаторствовать. А как отвечать за чуть не сбитую с ног соседку и помятые документы, так Гоша сразу в кусты? Э, нет, так не пойдёт.

Я хоть и считаю, что сполна заплатил и за ремонт, и за перевод, но чувствую, что мне как-то не по себе.

Напугал, залил, обозвал, теперь ещё и эти чёртовы документы.

Много совпадений.

Гоша садится на задние лапы и поскуливает.

— Думаешь, нам стоит извиниться?

Пёс клонит голову набок.

— Ладно, но учти, в следующий раз я тебя спасать не буду. Пошёл к ней, ты тут веди себя прилично.

Через минуту я звоню в дверь соседке снизу.

Она открывает дверь.

Возмущена моим приходом.

— Зачем приперлись? Вам не кажется, что вас слишком много в моей жизни?