Книга Демонхаус, страница 212 – Софи Баунт

Щелкнув по булавке, я запускаю ее под стол и поворачиваю голову в сторону задумчивого Илария. Он поправляет очки на носу.

— Давно хотел спросить, зачем ты их носишь? В них же нет стекол.

— Это подарок, – объясняет парень.

— Чей?

— Сары.

— Дырявые очки? Умеет она делать подарки, – смеюсь я.

— Это необычные очки, – смущается Иларий. – Сара зачаровала их. Когда я в очках, то в зеркалах вижу… Алису. Сара попросила, чтобы я помнил о ней, помнил, что Алиса дала мне возможность побыть собой. Все было хорошо до твоего появления.

Я выгибаю одну бровь.

— Нет, я рад тебе! – оправдывается Иларий. – Я рад, что ты здесь… это тоже звучит не очень, конечно, твоей смерти я не рад, но… короче. – Парень нервно чешет лоб. – Алиса совсем не проявляла себя долгое время, а когда появился ты – весь ненавистный хор в моей голове ожил, особенно Алиса. Она ведь… понимаешь, до нашей смерти она была основной личностью.

Я моргаю, изучая эмоции Илария. Он говорит о себе так, словно тоже существовал как отдельный человек, он явно не принимает тот факт, что когда-то была лишь Алиса, а он и другие личности жили в ее разуме.

Раньше я думал, что Иларий – самый здоровый человек в доме. А выходит, что самый больной?

— Каждый из вас всегда в сознании? – спрашиваю я.

— Нет, обычно я один, но Алиса способна, скажем так, включиться, и она любит это делать, когда ты рядом. А остальные в отключке давно. И это просто счастье! Раньше они круглосуточно разрывали мой мозг… понимаешь, я оттого так некрасиво и поступил с тобой, сил уже не было биться с Алисой, честное слово!

Парень вскидывает руки к потолку.

— А как вы разговариваете друг с другом? – удивляюсь я.

И шикаю на крысу, которая подобралась к моей ноге. Надо будет выгнать ее перед уходом, а то сожрет еще мое настоящее тело. В подвале есть и крысы, и мыши, но в эту комнату доступ им закрыт – ни одной норки или лазейки. Эта дрянь прокралась вслед за Иларием.

— Чаще у себя в мыслях, – признается Иларий, наблюдая за моей крысиной войной: крыса наглая попалась. – В детстве было сложнее контролировать это, и обычно мы говорили вслух, чем пугали родителей, особенно отца. Со временем научились общаться в голове. Но… знаешь, я бы не прожил еще несколько лет в клетке под названием собственная шкура. Наверное, я единственный, кто рад, что умер. Такие люди вообще могут быть?

— Сара рассказывала, что не убивала тебя, – бормочу я.

Иларий кивает.

— Как ты здесь оказался?

— В двадцать два… Алиса заразилась СПИДом.

Крыса вопит, когда я умудряюсь ударить по ней херовенькой молнией из пальца, и я бы сам с радостью за ней повторил, услышав последние слова друга.

— Господи, от кого?

— Не знаю, – пожимает Иларий плечами. – Она любила экспериментировать, посещала разные пошлые вечеринки, уничтожала себя, а заодно и нас всех. Алиса… ну, она ненавидела себя.

— Я даже вообразить ее не способен на подобном мероприятии.

Иларий поджимает губы.

— В общем… мы умирали, Рекс… из-за ее оплошности. Я боялся кого-то заразить, особенно мать, хоть и понимал, что по воздуху болезнь не передается, но… боже! Страха меньше не становилось. Алиса полностью ушла в себя, чувствовала вину за то, что нас уничтожила, и весь ужас пришлось переживать именно мне. С каждым днем мы все больше превращались в овощ. А потом… от горя я тоже потерял контроль над телом, и верх взяла другая личность… Шинигами. Так он себя называет. Он хотел провести последний год в Европе, а мы хотели быть дома с матерью. И Шини… он задушил ее.