Книга Демонхаус, страница 215 – Софи Баунт

Кабинет разделен на несколько комнат. В прихожей, где я застыл, находится тяжелый стол, на котором громоздятся пыльные талмуды, в углу стоит массивное кресло, у стен возвышаются шкафы и светится огромный аквариум: он до того высокий, что заканчивается на уровне моего лба. И знаете, что в нем? Пираньи!

Я подхожу к аквариуму и стучу ногтем по стеклу. Рыбы просыпаются и рассекают из стороны в сторону свой стеклянный дом, тревожат водоросли. В нос проникает запах слегка застоявшейся воды. Из-за размеров аквариума возникает ощущение, словно я нахожусь в озере и эти монстры вот-вот сожрут меня самого.

Справа на столике я вижу поднос. На железном дне следы крови и куски… фу, Висы! Я отшатываюсь, стараясь обуздать порыв тошноты, и в тот же миг из другой комнаты доносится женский голос.

Сначала я вслушиваюсь, затем приоткрываю дверь и вижу демона у бильярдного стола. Он придавливает к зеленой поверхности Эмилию. Девушка напугана. Ее золотистый шелковый пеньюар разорван в области груди, и я осознаю, что не одна Алиса стала развлечением Волаглиона. Заметив меня, демон завязывает пояс своего длинного черного халата.

Эмилия тоже поправляет ткань на груди и спускается со стола.

— Какого дьявола? – краснеет девушка.

Я киваю на местного дьявола.

Волаглион осушает стакан с водой, затем внимательно рассматривает меня, будто хочет что-то отыскать на моем теле.

— Ты свободна, Эми, – холодно выговаривает Волаглион.

Платиноволосая красавица спешит покинуть кабинет, не оглядываясь. Думаю, она боится, что демон передумает, и в целом подозреваю, что она очень даже рада моему появлению, несмотря на возмущенные восклицания.

— Играешь? – спрашивает Волаглион, выбирая кий на подставке.

— Не помню правила, – отвечаю я.

Тени за спиной демона извиваются и тянутся, точно на нем плащ.

— Правила созданы для конформистов. Ты не из них, – усмехается демон, начищая кий. – Мы можем придумать свои правила.

Каждое его движение изящно и отточенно.

— В мире есть законы, – произношу я. – И многие из них куда древнее тебя. Ты тоже лишь фигура на доске – белая или черная.

— Я играю не белыми и черными, я играю теми, кто переставляет фигуры, – глубоким сильным голосом произносит Волаглион.

Он наклоняется вперед и ударяет кием по бильярдному шару. Три шара падают в сетки.

Я хмыкаю.

— Твое могущество закончилось тогда, когда ты не смог вылечить глаза Сары, – заявляю я без страха.

— Любопытная аномалия, – ухмыляется Волаглион. – Любовь к своей убийце. Удивительное человеческое чувство…

— Сарой ты пользовался так же, как Алисой и Эмилией? – не сдерживаюсь я.

Демон кладет кий на стол и достает из золотой шкатулки сигару.

— Еще одно прекрасное чувство… Ревность. Симбиоз эгоизма, страха и желания быть любимым.

— Это не ревность, – цежу я сквозь зубы. – А стремление убить тебя.

Демон приближается и выдыхает едкий дым мне в лицо.

— Когда-то давно я поглотил другого демона, – внезапно поясняет он. – Инкуба. Теперь я умею забирать энергию у женщин. Это вынужденная необходимость. Однако в случае Сары достаточно и поцелуя, она невероятно сильная ведьма.

Волаглион затягивается. Я рассматриваю его кожу. Вчера на шее демона было куда меньше морщин и черных трещин.

— Сара принадлежит мне, – продолжает демон, заглядывая в мои глаза. – Если мне что-то необходимо, она исполняла, исполняет и будет исполнять.