Онлайн книга «Демонхаус»
|
Первый раз за все время пребывания в доме я совершенно один. Я нуждаюсь в друге. В помощи! В поддержке! У меня не осталось надежды. Сердце быстро бьется, пока я из кожи вон лезу в попытках придумать план действий, и скоро у меня случится инфаркт. Буду первым человеком, сдохнувшим из-за слишком активного мыслительного процесса. Сначала я хотел прочесть гримуар, но, во-первых, он на латыни, а я – уверяю вас – ее не знаю, разве что некоторые слова. Во-вторых, книги в башне нет. Демон ее забрал. До потери зрения Сара обещала вернуть меня в тело с условием, что я сбегу из города на край света, но теперь спросить ее о ритуале или способе вернуться не выходит. Она не в себе. Вопросов слишком много, они ползают между извилинами моего мозга, будто муравьи, грызут их и сводят с ума. Только где искать ответы? Бесчувственный внимательный взгляд Волаглиона заставляет меня вздрогнуть на стуле и задышать чаще. Демон поднимается из подвала в гостиную, где я сижу у окна, и скрывается на втором этаже, неотделимый от своего хвоста в виде Алисы и Эмилии. О, как же без Эмили… теперь она живет здесь. Просто я игнорирую это обстоятельство, потому как видеть не могу эту тварь. Иларий же нужен мне до пены изо рта, однако вернуть его не удается, а Алиса хуже, чем безвольная кукла, она не станет мне помогать. Что она, что Рон – два немых бревна, сломленные и напуганные. Ладно. Если Иларий не хочет вылезать, а Алиса хочет молчать, пусть молчит. Все равно плана по спасению пока не существует. Пока? Или наверняка? Проклятый случай! Что мне делать?! Некоторое время я задумчиво разглядываю след от ножа на поверхности маленького кухонного стола, который стабильно углублял Рон: в дни, когда ему было особенно тяжело, он любил сидеть на этом стуле и ковыряться лезвием в одной и той же дырке, так что дерево пробито уже почти наполовину. Постучав пальцами по столу, я замечаю засохший бисквит рядом с печью, его приготовила… Инга… перед смертью. Она не успела покрыть торт глазурью, и пакет с розовой начинкой так и лежит на полу – упал, когда Волаглион уничтожил настоящее тело Инги, и душа девушки, существовавшая в материальной форме, телепортировалась в подвал, где и была уничтожена навсегда… Внезапно перед моими глазами всплывает образ ее миниатюрной фигуры, серых глаз и черных волос. Хрупкая. Маленькая. В любимом голубом платье или бархатной розовой пижаме, с голоском певчей птички – почему я не вспоминал о ней с того дня? Видимо, разум заблокировал факт, что Инги больше нет. Слишком много боли. В голове уже нет места для мыслей об очередных ударах судьбы, а тем более для осмысления, так что моя бывшая невеста была забыта, как утренний сон (существовала ли?). О, так не пойдет! Иллюзиями я жить не буду. Инга погибла. Она стерта, нет, уничтожена! И виноват – я. Она пришла в дом сорок семь за мной. Моя вина не имеет границ. Я поднимаюсь со стула и подхожу к торту на столешнице, поднимаю тюбик с розовым кремом. Инга часто писала на тортах какую-нибудь банальщину, вроде «улыбнись» или «люблю». Я беру тюбик и вывожу на торте – «прости». После чего запускаю торт в окно. На стекле остается жирный розовый след, бисквит хлопается на подоконник. Я закрываю лицо рукой и скатываюсь по тумбе на кафель… чувствую, что пальцы становятся влажными от слез, и корю себя за эту слабость, ведь даже Виса и Рон, над которыми Волаглион зверски издевается, не плачут… но я не они. Я плохо контролирую эмоции. Да и что плохого в слезах? Я редко их лью. Мои слезы – это эмоции души, а ее тайны мы всегда бережно храним, потому мне и не хочется, чтобы кто-то их видел, это нечто слишком личное. |