Онлайн книга «Возвращение Синей Бороды»
|
Помните, как наш автор описывал свой первый прорыв в трансперсональное, это ощущение воздуха времени? «Я чувствовал себя сеньором… Я ощущал себя христианином… И это были… физические константы другой реальности…» Если Голгофский почувствовал себя христианином, это означает, что Жиль де Рэ был им – или, во всяком случае, пытался. Материалы процесса доказывают это убедительнейшим образом. В начале судебных процедур Жиль де Рэ ведет себя гордо и заносчиво, отрицает вину и не признает прав Нантского епископа судить его (доказательству правомочности этой процедуры посвящена изрядная часть протоколов). Он нападает на своих судей, обвиняя их в разврате и продажности. Судьи в ответ отлучают его от Церкви. Наш Жиль отнюдь не Лев Толстой. Уже через два дня он молит судей вернуть его в лоно Церкви. Когда его просьбу удовлетворяют, смирившийся с гибелью (тела, пока только тела) Жиль соглашается со всеми обвинениями. Вот отрывок из протоколов: «По настойчивой просьбе упомянутого Жиля, обвиняемого, сеньоры епископ Нантский и брат Жан Блуин, наместник инквизитора, поручили священнику, брату Жану Жювнелю из Ордена кармелитов в Плермеле, епархии Сен-Мало, выслушать исповедь обвиняемого, отпустить грехи, в которых тот сознается, а также предписать ему во всех грехах во спасение свое покаяться соразмерно проступкам, как тем, что он за собою в суде признал, так и тем, что затаились в глубине души его, и отменить все прежние приговоры, его от Церкви отлучавшие…» Запомним имя исповедника – это важно для дальнейшего. Голгофский задается естественным вопросом, стал бы закоренелый убийца и растлитель детей, осквернитель самого чистого и беззащитного, что есть в мире, так волноваться за формальный статус своей души? Стал бы монстр, держащий у себя в комнате отсеченные детские головы разной степени свежести, переживать по поводу приговора, вынесенного теми же самыми попами, которых он только что обвинял в симонии? Видно, что Жиль де Рэ не просто надеялся на спасение души. Он определенно верил в мистическую власть Церкви в этом вопросе (и это вполне совпадает с самоощущением средневекового человека, о котором Голгофский уже говорил). А в своем послании к демону Жиль де Рэ дословно пишет следующее: «Приди по моей воле, и я дам тебе все, что ты пожелаешь, за исключением души моей и укорочения жизни». Он все еще верит в спасение. Но как совместить это с продолжающимися убийствами детей? Жилю это каким-то образом удается… Мало того, в самый разгар зверств он учреждает в Машкуле, возле одного из своих замков, по-настоящему роскошную капеллу в память Невинных Младенцев. Это весьма дорогое начинание – Жиль де Рэ назначил архидиакона, казначея, каноников и так далее, и предоставил им феодальную ренту, чтобы капелла существовала и после его смерти. Как это объяснить? Раздвоение личности? Такое чувство, что утром де Рэ вспоминает про свои преступления и учреждает капеллу, а потом опять наедается какого-то дурмана и возвращается убивать детей. Одна половинка убивает, другая крестится и кается… Голгофский, конечно, вспоминает Иоанна Грозного. Но версия кажется ему неубедительной – он видел Жиля де Рэ изнутри, и это был цельный и сильный человек. Пока ответа нет. * * * Другая важная тема в жизни Жиля де Рэ – это попытка установить связь с демоническими силами. |