Книга Лимб, страница 88 – Лора Кейли

— Так что-то нашли?

— Что?

— На месте разрушения этих домов что-то нашли?

— Никто ничего не говорит. Непрочность конструкций, и все. Но потом стали разрушаться и другие дома, и даже те, кто имел хоть какие-то предположения, не знали, что на это сказать. Сейсмологи заметили подземные толчки, именно под теми домами, именно в тех самых точках, но такого не могло быть. Это ненормально ни для одного из землетрясений.

— Ненормально, – повторила Кристин.

— До сих пор не верю, что ты жива.

Она и сама не верила. Там, возле могил, ей вдруг показалось, что авария и правда случилась, она будто вспомнила ее, весь этот ужас последних секунд, когда трак несся на них. Она успела лишь обернуться на сына, увидеть страх в его детских глазах, и все – адская боль и темнота.

— Вон там, – Кристин пришла в себя и подошла к окну, – вон там была антикварная лавка, я купила в ней эти ночники, которые тебе подарила.

Марго расплылась в улыбке.

— Да, – кивнула она, – я тогда еще подумала, что за ерунда, а после твоей смерти всегда их включала. А мистер Берч умер уже год назад. Его антикварный закрыли и открыли табачный магазин.

— Я чуть с ума не сошла, когда смотрела на наши могилы. – Кристин замолчала и подняла глаза на Марго. – А вдруг Адам и правда умер?

— Не говори ерунды. – Марго схватила Кристин за руку и потащила к двери. – Если ты жива, значит, и он тоже жив! Просто мальчишка потерялся. Немудрено потеряться в таком дурдоме!

Они звонили в дверь уже около получаса.

Точнее, Матео звонил, Адам так и стоял, облокотившись на небольшие перила. Он предположил, что никого нет, еще минут десять назад, но на это Матео только огрызнулся. С той силой, с какой он давил на звонок, можно было продавить дыру в этой стене.

— Да брось, Матео, – сказал он наконец, – переночуем где-нибудь, а завтра опять придем.

Он знал, что и завтра ничего не изменится и, скорее всего, еще одного Дэна здесь просто нет, он выискивал взглядом отель или место, где можно переждать, но, так ничего не найдя, расположился на скамье рядом. Он не помнил, сколько не спал – около суток, может, и больше, если бы не этот трезвон, он бы отключился уже сейчас, если бы…

У него слипались глаза, куда-то ускользало сознание, он уже почти отключился, когда услышал бодрое «эй!».

— Вы, парни, домом не ошиблись?

У забора, в тумане призрачно мерцавшего света, стоял тот самый Дэн.

— Ты пришел! – кинулся к нему Матео, уже забыв, что тот его и не знает совсем.

— Э-гей, – улыбнулся Дэн, обнимая Матео за плечи, добро похлопывая того по дрожащей спине. – Вы, случаем, не обознались?

— Ты Дэн! – затараторил Матео. – Мой Дэн! Настоящий ученый, кто вытащит нас отсюда! Ты же физик, да? – поднял он на него свои блестящие от слез глаза.

— Да, – он улыбнулся, – но я не знаю, как выйти отсюда…

— А вот и знаешь! Вот и знаешь! – Матео заикался от плача, первый раз Адам видел его таким. Он снял с плеча свой мешок и вытащил измятую тетрадь.

— Что это? – Дэн включил карманный фонарик и пробежался ярким лучом по первым страницам. – Откуда это у вас? – посмотрел он на ребят.

— От тебя, – вытирал рукавом мокрый нос Матео, – это твоя тетрадь! Ты пытался найти выход, это твоя теория схлопывания временных линий или вселенных. Ты называл это место Лимбом, для тех, кто не попал ни в одно из времен, тех, кого…