Книга Лимб, страница 85 – Лора Кейли

Через час они были возле участка.

— Если что-то найдешь, звони, – сказал Рон, протяжно зевая. – И возьми уже свою тачку, – он кинул Фрэнку ключи.

Найдя на стоянке свой «Форд», Фрэнсис сел на водительское сиденье.

Заявлений было под сотню. Он включил свет и начал читать.

Слова прыгали перед глазами, строчки налезали на строчки, все будто искало какой-то порядок и не могло найти.

У Фрэнсиса слипались глаза. Сколько же он не спал? Он хотел прислониться к рулю, но голова казалась непомерно тяжелой. Зато перестала болеть, как и его поясница. Ничего не болело вообще, и не двигалось ничего, будто он уже был не в собственном теле.

Ему казалось, он мертв, ему казалось, ни одна его мышца не могла пошевелиться. А каждая клетка в нем онемела. Будто кто-то высосал из него жизнь. Он не чувствовал рук и ног, не мог пошевелить даже пальцем. Руки его, как неживые, отдавали трупной желтизной.

— Это не я! – крикнул Фрэнсис. – Это другой, тот, что умер! – И, истратив на крик все силы, рухнул на руль.

Темнота забирала его, мертвое лицо стояло перед глазами. Это не его лицо, не его, это двойник…

— Это двойник! – кричал сквозь забвение Фрэнсис.

Невнятные проблески света проступили через ресницы, проникая в глубины его сонного паралича. С трудом разлепив глаза, Фрэнсис попытался проснуться. Он все еще был на стоянке. Фары проезжавших машин светили в лицо, свет разгонял темноту, возвращая ему свое тело, оживляя уставшую плоть.

Осязание вскоре вернулось, как и запахи, как и он сам.

Где-то там, в морге центральной больницы, за высокой металлической дверью, лежит его мертвое тело и не чувствует ничего.

Фрэнсис откинулся на сиденье, собрал с пола разбросанные листы, повернул ключ зажигания и тихо тронулся с места навстречу к своему дому. Он надеялся, что к своему.

Она помнила этот день как вчера.

Если бы не Марго, ее бы и не было здесь.

Этот трак просто вылетел из ниоткуда и умчался в никуда, она лишь запомнила огни его фар, растворившиеся в тумане. Почему она умерла? И кем была та Кристин?

Это был не ее город, и она это точно знала, здесь даже дорожные знаки были не те, а местами отличалась развязка. Светофор на перекрестке поставили полгода назад, но здесь его все еще не было. Не было светофора, не было магазина цветов, где она всегда покупала тюльпаны, вместо него – небольшая пекарня. Все было и тем, и не тем в то же время. Поначалу Кристин показалось, что это с ней что-то не так – потеря сына, этот чертов морг, так можно и себя не узнать, – но нет, ее сознание было таким же чистым, каким было всегда, встревоженным, но ясным. Гораздо яснее всего, что происходило вокруг. С этим городом было что-то не так. Он постепенно сходил с ума, и люди в нем сходили с привычной жизни в какой-то абсурдный кошмар. Будто кто-то сдвинул стрелку на рельсах, и поезд времени свернул не туда.

Кристин подъехала к дому, в котором жила Марго, и встала неподалеку.

Здесь все было тем же, не изменилось почти ничего, даже занавески в квартире подруги были все те же, и этот призрачный свет, проступавший от высоких свечей-ночников, был тем же знакомым светом. Это она их ей подарила, это были ее ночники.

Какое-то вселенское тепло разлилось по всему ее телу, поднялось до самой груди и забилось в ней тихой надеждой. Будто все до этого было сном, будто все безумие мира в мгновение исчезло, явив наконец реальность. Это был тот же дом, тот же газетный киоск рядом, а вон там – Кристин обернулась, – там должен был быть антикварный салон с милым мистером Берчем, но вместо него был какой-то табачный магазин.